– И вот – их нет. Эти двое, видимо, решили, что всё в замке находится в их собственности. Что можно не считаться ни со мной, ни с нашей фракцией. Можно просто прийти, и утащить всё, что им нужно. Кто они после этого?
– Воры! – высунулась одна из последовательниц, светловолосая Энн. Остальные поддержали её согласным гулом.
– Сволочи! – ободрённо пискнула вторая блондинка.
– Именно! – Алиса повысила голос, перекрывая их гул. – Они всегда относились к нам как к бесправному отребью. Они всегда считали нас бездельниками. А что в итоге?! Некоторые из нас, не буду называть имён, поверили им, перешли на их сторону! Теперь они, те, кто на нашей стороне внимал голосу Учителя, повернулись в их сторону! Делает это их правыми?
Отрицательный гул, в котором слышится трубное «Нет!» Дина.
– Даёт им это право не считаться с нами?! Брать то, что принадлежит нам, как своё? Воровать из наших столов то, за что кровью расплачивалась наша фракция?!
«Нет!» – уже громче. Теперь в нём ясно можно выделить и писк блондинок, и фальцет Харриса.
Алиса удовлетворённо кивает.
– Верно. Поэтому сегодня ночью мы покажем им, что последователи – это сила, с которой стоит считаться. Делимся на группы, – она продемонстрировала деление руками, – разойдитесь: левый фланг и правый фланг. Левый – пройдитесь по первому этажу, заблокируйте комнаты подпольщиков. Они обычно спят как перетрудившиеся фермеры, шума быть не должно. Правый фланг – то же, но на втором этаже. Центр. – Алиса ободряюще улыбнулась центральным, среди которых были и Дин, и Харрис, – идёте со мной. Мы пойдём к старику Биллу. Очень важно – завязать ему глаза, чтобы он ничего не понял. А потом, – губы Алисы растянулись в немного безумной улыбке, – мы вытащим из его стола всё, что там будет, заберём себе, а уже потом решим – что будем использовать, а что – сожжём.
После первых пяти минут, проведённых в открытой комнате, Лайза заявила, что там жил сатанист. Помимо странных вычерченных на полу фигур и книг по оккультизму, рыжая нашла в комнате запасы свечей, сухих трав, полудрагоценных камней, спиритическую доску, гадальные карты и даже какой-то тёмный порошок, который, по её словам, резко пах пережжёнными костями.
Джек, которому явно стало не по себе, посоветовал ей работать молча и зря честных людей не пугать. Кого он подразумевал под этими самыми честными людьми, осталось загадкой.
До вечера, с редкими перерывами, разгребали книги. В девять, после ужина, пришёл Джим, и дело пошло быстрее.
– Есть стопка по древним эзотерическим учениям, – устало отозвался Арсений уже в одиннадцатом часу вечера, откладывая последнюю протёртую книжку на стопку таких же, в серьёзных тёмных обложках.
– Вот прямо таки всё, – недоверчивый голос Лайзы глухо прозвучал из-под пола. Рыжую спустил в новую комнату на верёвке Джек, потом к этой же верёвке привязали корзинку, чтобы подпольщица могла складывать в неё книги и интересные находки. Так за полдня они перетаскали наверх все книжки из шкафа, а в комнате Арсений и Исами протирали их от пыли и раскладывали по категориям. Арсений нет-нет да и замечал, как во взгляде Тэн проскальзывает тень воодушевления. Ещё бы, столько материала, по тем же проклятиям нашлось несколько книг.
– Не придирайся, всё он сделал, – сердито ответил Джек, сидящий на краю пропиленной дыры. – А если тебе оттуда не видно, это ещё ничего не значит…
– А ты бы помолчал, любитель кошек, – фыркнула девушка снизу.
Арсений переглянулся с Джимом и устало вздохнул: эти двое цапались с самого обеда и прекращать явно не собирались. А дело было в том, что в обед Лайза не пожелала прерывать раскопки комнаты и попросила спустить её долю бутербродов вниз в корзине. Джек же вместо еды, хихикая, засунул в корзинку спящего Табурета, прикрыл полотенцем и спустил рыжей вниз. Лайза, ожидавшая увидеть вовсе не Кота, а свои бутерброды, изрядно перепугалась от неожиданности и взвизгнула так, что задремавший в перерыве Арсений подпрыгнул на кровати. Джек ржал как чокнутый. С тех пор у этих двоих как-то не заладилось.
– Мы сформировали стопки, Лайза, – спокойно заверила Исами, откладывая в сторону последний толстый фолиант. – Остались записи и напечатанные бумаги.
– А бумагами займусь я, – вставил Джим, как раз разложивший листы по кровати. Он сидел на краю, держа на весу чашку с чаем, и медленно размешивал сахар карандашом. Ложки не нашлось.
– В общем, у нас всё в ажуре, – Джек поболтал верёвкой, к которой крепилась пустая пока корзина.
Он хотел добавить ещё что-то, но под потолком неожиданно щёлкнул включающийся динамик.
Все дружно повернули голову к камере, Джим торопливо отставил чай с недоразмешенным сахаром на тумбочку.
Кукловод отщелкнул по клавишам. Включил микрофон: сообщение транслировалось в комнате Билла, в подвале и комнате Арсеня.
– Встать! – Резко, не время для прелюдий. Он и предупредить-то решил только для того, чтобы избежать максимальных беспорядков. – Алиса ведёт последователей разгромить комнату Билла. Причина – стащенные у неё газеты. Разбирайтесь.
