– А мне не дашь? – послышалось откуда-то из кустов. Арсений обернулся. Из-за кадок с пальмами вылез Мэтт. Выпрямился, склонил голову набок, как любопытная птица. Исами на него даже не обернулась. Чуть прищурившись, продолжила:
– Чабрец… тимьян иначе, – на этот раз под её рукой цветущая блёкло-розовым низкорослая трава. – Он растёт в засушливых и солнечных местах. У меня погибли первые цветы, эти удалось сохранить. Удивительно, но в Англии до сих пор живёт суеверие, что запах тимьяна привлекает младших фейри, эльфов… Так же для восстановления сил и защиты. Ещё – неплохой природный антисептик…
– Ах, Тэн, ну что же ты жадничаешь, мы ведь не чужие друг другу, – снова подал голос Мэтт. – Чем Перо лучше меня, а?
– Я всем лучше, – со всё растущим недоумением ляпнул Арсений. – Я вообще великолепен и неповторим. Правда, страдаю излишней скромностью.
– Это, конечно, сильно мешает жить, – елейным голосом согласился Мэтт, усевшись на корточки под пальмой. Арсений успел перехватить его цепкий взгляд на себе. Но раньше закралось непонятное отвращение. Вряд ли дело было в рассказах Исами.
– Арсений, не отвлекайся, – ровным голосом окликнула его Тэн. – Тысячелистник…
– Да, эту траву знаю, – Арсений отвернулся от Мэтта и быстро набросал изображение чабреца – не приведи потолок забыть, какая травина как называется, – после чего уверенно записал «milfoil».
– Так же защита. Сухая трава и соцветия, носимые при себе, отгоняют злых духов.
– А мне посмотреть можно? – высунулся подошедший к ним Стабле. – Может, Тэн всё же даст мне травинку, если я назову её Исами. Ай-яй, неужели меня оставят на растерзание злым духам? Ну хоть одну. А?
Японка, до этого оглаживающая стебелёк лимонной мяты, замерла. Очерченные густыми ресницами веки прикрылись, на секунду плотно сжались губы.
Арсений не удержался, черкнул её набросок, всего несколькими линиями.
– В твоём случае это не будет иметь смысла, – ответила Тэн ровно. – Здесь ничья рука не сорвёт для тебя травы с доверием.
– Ты, правда, не мешал бы, – Арсений старался сказать спокойно, но в голосе против воли прозвучала угроза. Не понравилось, как пришелец смотрел на Тэн. С нехорошим, похотливым прищуром. Или, что ещё хуже, нарочно смотрел так, притворяясь.
– А, защищаешь её. Это правильно. Дракон тоже так делал, да. – Мэтт, улыбаясь, отошёл от стола, выставив перед собой руки, как бы в знак примирения. – Главное, вовремя найти себе защитника и устроиться под его боком. Всегда считал, что это правильная позиция.
– А может, заткнёшься и в уголке постоишь, а? Мысли концентрировать помогает. – Арсений, выйдя из себя окончательно, отложил блокнот на край стола, намереваясь выпихнуть Стабле погулять в коридорчике. Но решительных действий и не потребовалось. Мэтт перехватил взгляд Пера и нервно шмыгнул носом.
– Ладно-ладно, посижу тут, на диванчике, – залопотал, быстро отступая. – Послушаю оттуда лекцию. Уж больно злые вы, а ещё злых духов отгонять собираетесь…
– Не обращай на этого ушлёпка внимания, – сквозь зубы проговорил Арсений, возвращаясь к Исами и блокноту.
– Лучше сам следуй этому совету, – японка качнула головой. – И будь с ним осторожнее. Он запоминает всё.
Она рассказала ещё о шалфее, розмарине и самом обыкновенном чесноке. Он беловато-сиреневыми венчиками цвёл в отдельном ящике и слегка перебивал дурманящий пряный аромат резким и вовсе неизящным запахом. Ещё сказала, что во дворе можно найти рябину, лимонник, боярышник, шиповник и омелу. А у самого входа вроде бы растёт бузина, но её нельзя вносить в дом – поверье такое. Зато она, по всё тому же поверью, защищает порог от злых духов.
Арсений, записывая за ней, периодически напоминал себе, что он уже не совсем материалист, а то как-то не по себе становилось.
– Я тут подумал… Может, проще сразу ободрать всё, что во внутреннем дворе растёт, и натыкать здесь по всем углам? Там же куча кустов, от них не убудет, – предложил несколько тоскливо, когда они уже выходили из зимнего сада в холодный тёмный коридор.
Исами посмотрела на него строго и серьёзно.
– Твоё отрицание доведёт до беды. Подожди…
Она поискала по карманам своей проходильной сумки и вытащила небольшой полотняный мешочек. Такими, как вспомнил Арсений, у Софи в квартире домработница перекладывала свежевыстиранное и выглаженное постельное бельё. Только этот был перевязан тонкой алой ленточкой.
– Я собирала сама, сушила и смешивала травы. – Мешочек был вложен в его обмотанную бурыми бинтами ладонь. Исами задержала тонкие холодные пальцы в его руке. – Защита, что-то вроде оберега.
– Спасибо, – Арсений слегка пожал её ладонь, придавив сухо хрустнувший мешочек. – Только если на себе буду таскать эту штуку, оторвётся же где-нибудь.
– Просто держи в кармане или в сумке. – Пальцы Исами соскользнули с его ладони. – Надеюсь, это хоть как-то сможет помочь.
