– Та-ак! – Арсений возвёл взгляд и палец к укрытому темнотой потолку, – Хкукловод… говорит… когда… в общем… Э-э-эй. Манья-а-а-ак! Я тут… дверь твою… Молчишь? Ну и… – снова обернулся к собутыльнику, – ма-алчит, штоб его…
Джек о чём-то мучительно задумался, а может, просто старался не отключиться. Арсений потянул его за рукав к лестнице.
– Пошли… чё ищё покажу…
В комнате он кое-как достал куски припрятанного паззла подвала. Подпольщик, которому подъём по лестнице стоил невероятных усилий, сел на его кровати, чтобы через секунду уже упасть набок с явным намерением уснуть.
– А ну!.. – Арсений потряс его за плечо. – Х-х-ракционное… знащ-щит, дело… такое тут… Двенадцать че-э-этвёртый паззл, как есть, подвала.
На словах «двенадцать четвёртый» Джек даже открыл глаза и попытался сесть. Арсений помог, устроился рядом.
– Вот. – Сунул ему под нос обратную сторону найденного в тайнике гостиной кусочка. – И остальные… есть.
– Пойдём тайник?..
– А ну и… пойдём! Так пойдём…
Чтобы собрать паззл, пришлось сползти на пол. Зато здесь было прохладно. Путаясь (Джек ещё что-то бухтел про подвал, скрытые ловушки и тайные ходы, правда, крайне невнятно), вроде собрали что-то, причём один кусок ну никак никуда не подходил. Тыкали его, тыкали, но то тут вырост с впадиной не состыковывается, то там на три впадины почему-то только два выроста… Подпольщик заявил, что это происки маньяка. Опять он прикалывается, дескать, но что ему, суке такому, недолго осталось, потому что… А что «потому что», миру уже не суждено было услышать. Кое-как впихнув кусок в самую середину, Джек вспомнил про праздник.
– И я… спать, – выдал, всё-таки вставая с пола. – Но сначала надо… брата… поздравить…
– Надо, – согласно кивнул Арсений, решительно нахмурившись. – Не каждый день щщ-еловеку… тридцать… И-и-и! – рывком поднялся, тут же, впрочем, схватившись за подпольщика. – Курс на га-а-астиную!..
– Па-а-аздравляю, братишка!
Джим проснулся. Отвык от алкоголя – почти не выпивал со студенческих лет. Ну, не считая периода во время его работы врачом, когда…
– А-х-р-р… – на него навалилось нечто, дышащее алкогольными парами. Судя по неловким движениям конечностей, нечто пыталось его обнять. – Тр-р-рсать… те… ик… бе… трсать…
– Да, именно столько… – осторожно сняв с себя захрапевшего брата, Джим уложил его на диван и прикрыл забытой на спинке кем-то шалью.
Арсень, старательно покачивающийся рядом, пожал плечами.
– Наплся… – он махнул рукой на бесчувственное тело на диване, – ишь как…
– Ты тоже.
Скорее всего, Файрвуд-младший нуждался в принудительной транспортировке по месту жительства, но сам док его вряд ли дотащил бы. Физподготовка не та, да и алкоголь не совсем выветрился.
– Не-э-э… – Арсень с ухмылкой помотал пальцем перед носом Джима. Как он умудрился при этом не сверзиться – оставалось загадкой. – Я не-э-э… того.
– Да ну?
– Я… – кажется, в голову Арсеня не приходило ни одного достойного аргумента в пользу своей позиции. – Я стою.
– Убедительно.
На помощь сего находящегося в сумрачном состоянии сознания субъекта рассчитывать тоже не приходилось. Более того – попроси Джим его помочь в переноске брата, тот не отказал бы. Но на полпути к цели Джек обзавёлся бы храпящим товарищем по несчастью. А дотащить двоих Джим не смог бы, скорее к этому моменту ему захотелось бы присоединиться.
Арсень, покачавшись пару секунд на месте, принял важное стратегическое решение сесть. Умостился на краешке дивана рядом с Джеком.
– Мы вместе… двенадцать… четыре… – доверительно сообщил он доку, неловко похлопав спящего товарища по плечу, – мы… всё… – тяжело выдохнул, – blyat’…
– Вижу. Согласен.
Один храпящий субъектус на диване – не страшно. Но два храпящих и еле помещающихся на диване дылды – перебор.
– Пошли по домам.
Арсень почти не прореагировал на фразу, но на попытку стащить его с дивана не прореагировать не получилось. К чести сказать, сопротивляться он не стал, а только попытался принять вертикальное положение.
– Дооом… дома хорошо, Джимми, – рассудил он, пока Джим старался закинуть его руку себе на плечо, – дома… ябл… ябл… я… blyat’…
– Хорошо дома, хорошо…
Путь до комнаты Арсеня, и так не особенно короткий, в сложившихся условиях приобрёл статус полосы препятствий: непослушная дверь гостиной, коридор, дверь в прихожую, лестница, ставшая вдруг шаткой и до безобразия длинной, ходуном идущий коридор – до этого ведший себя исключительно прилично.
Кажется, последний выпитый Джимом бокал был лишним. Но Дженни так просила допить с ней остатки вина, что отказать было попросту грубо по отношению к устроительнице вечеринки.
– А я-а-а… иду-у-у… шагаю по… чему?
– По коридору.
Несмотря на то, что Арсень пытался помогать Джиму в перетаскивании себя любимого, дело шло туго.
– Нет. По Ма-а… Ма-а-а… этой…
– Скве. По Москве, если я правильно тебя понял, – Джим поправил перекинутую через его плечо руку. Судя по движению шеи, Арсень кивнул.
– Да. Я иду… по ней.
Отвечать Джим не стал. Долгожданная дверь была уже близко, но потрать он силы на душевный разговор, опасность не дойти стала бы угрожающей. Ещё эта маленькая чердачная лесенка…
Шаг…
