— Вы не представляете, что такое тигр, ах! — она расширила глаза, — Это такой зверь! Просто ужас. Когда входишь в клетку, он смотрит на тебя… вот-вот набросится. Я тоже смотрю ему в глаза, — при этом Леночка взглянула так, будто перед ней сидел действительно тигр, а не человек, — Так мы стоим и молчим, и если он переборет — я пропала! Моя задача — загипнотизировать тигра перед тем, как войдет муж. На моих глазах он сожрал человека, потому что тот не выдержал его взгляда. А Вы смотрели когда-нибудь в глаза тигру? — спросила она и тут же, нисколько не интересуясь ответом, продолжала: — У нас есть свой номер, мы два года репетировали. Вова подносит ему кусок мяса, тигр разевает пасть, а я кладу туда голову. Мы ездили с ним во Францию, нам аплодировали стоя. Ах, Париж… мое фото напечатали на первой странице этого, как его… во… 'Вог'! Потом мы поехали в эту… Ниццу. А вы были в Ницце? Какой там океан, а пальмы! Я каталась на дельфине. Вы не представляете себе, что это такое… Конечно, мой муж простой дрессировщик, но… вы понимаете? — она таинственно заглянула собеседнику в глаза. — Понимаете? Это все он. Да-да, — Леночка закивала головой, — Он, мой любовник, устроил нам это путешествие. Я не буду называть его имени, хотя вы, наверное, слышали его… — она загадочно примолкла, но, не выдержав даже самой краткой паузы, выпалила: — Брит!
Она произнесла это известное в городе имя и уставилась на своего нового знакомого, желая прочесть в его лице какую-нибудь реакцию. Реакции не было. Черный истукан сидел перед ней, не шелохнувшись.
Леночка отпила маленький глоток остывающего кипятка.
Что-то в этой комнате было от присутственного места. Вот только что именно, она никак не могла понять: не голые выбеленные стены и не старые деревянные стулья… На одном из них сидела она, чувствуя жесткую неприветливую спинку, остальные выстроились по-над стеночкой в ряд, словно ожидая посетителей. Отсутствие ковра на полу? — нет. Тогда, может быть, одинокая лампочка на витом шнуре, которую хозяин квартиры задевал, проходя, головой? В углу она заметила гору книг, сваленных, как попало, в одну кучу. Опять не это.
Леночка не переносила пауз в общении, поэтому, делая свои попутные наблюдения, она не переставала говорить:
— Вы, наверное, заметили? Я внутчатая племянница Жанны Агузаровой, — она повернулась к собеседнику в профиль. — Да-да, той самой знаменитой певицы. Она сейчас живет в Америке. Меня к себе зовет, — Леночка потянулась в истоме и оправила задравшуюся юбочку — она не привыкла больше пяти минут спокойно сидеть на месте. — Но я не поеду. Муж… да и любовник… они меня не отпустят, нет, — и покачала головкой на тоненькой шее.
Теперь она поняла, что в этой комнате производило на нее такое гнетуще-казенное впечатление: стол стоял недалеко от окна; мужчина сидел за ним так, чтобы окно, находящееся за его спиной, освещало посетителя, а не его самого. Сам же он смотрелся как сероватый, грубо очерченный на фоне окна силуэт.
К шестнадцати годам Леночка уже научилась читать взгляды мужчин, но этот ей прочесть никак не удавалось. Она опустила ресницы и задумчиво прочертила носком ботинка по голому полу. Ее новый знакомец продолжал сидеть без всякого выражения на лице.
Тогда Леночка встала, изящно обогнула стул и направилась к большой книжной куче. Она медленно шла через пустой зал. Бархатная юбочка обтягивала стройные бедра. Ткань была не простая, а с искрой, и эта искра бросала в унылую комнату тонкие загадочные блики. Каким-то шестым чувством, свойственным только женщине, Леночка угадала, что он смотрит на юбочку, не сводя глаз. Тогда она остановилась, стоя к нему спиной и, притворившись, что рассматривает книги, слегка наклонилась вперед. Изображая близорукий взгляд, она водила пальчиком по корешкам, читая вслух: 'Фэ Мэ Достоевский. Преступление и наказание'. Тоненький пальчик скользил от корешка к корешку, юбочка подрагивала, голос Леночки плавно перешел на шепот…
***
Они шли по мосту через Кальмиус. В надвигающихся сумерках горели желтые фонари, а из-под ног у них вспархивали птицы.
— Как здесь романтично… — сказала Леночка. — Люблю этот мост.
— Что в нем романтичного?
— Вода. Она течет у нас под ногами. Мы идем как подвешенные в воздухе!
— Вода здесь не течет, она стоячая.
— Если тебе не нравится здесь, мы можем поехать ко мне.
— А твой муж?
— Он в командировке.
— Как в анекдоте.
— Не веришь? Он поехал в Африку за новой партией тигров. Ему одному доверяют выбирать. Сейчас он ездит по джунглям с такой специальной винтовкой. Увидит тигра — бах! Тигр наповал. А в винтовке знаешь что? Снотворное. Он возьмет тигра, оттащит его за ноги в машину и нового выслеживает.
— Опасная работа.
— Ужасно! Но сейчас ко мне переехала моя бабушка. Когда она рядом, мне не так тоскливо без него. А так бы я не знаю, что делала.
— Значит, ты живешь с бабушкой?
— Да… сейчас пока. Пока муж не вернется из Африки.
— Ясно.
— Ну что, едем?
— А бабушка меня не испугается?
