Пропустив мимо Сеню, он прошелся два раза мимо окон конференц-зала, где всё уже подходило к концу, и участники волновались в предвкушении ужина. Некоторые из них проснулись с лицами, не многим лучше, чем у Юлдасова, но не могли себе позволить пропустить заседание конференции. Ведь для этого их, собственно, и позвали сюда, поили-кормили и предоставляли всевозможные развлечения. Все для того, чтобы состоялся доверительный диалог, который и записывался на камеру недремлющим сисясином. Запись должна была быть представлена 'самому' по окончании конференции. Сисясин Сахошко нервничал, устанавливая камеру, мудрил с освещением, кряхтел, протискивая свой выпуклый зад между рядами кресел. На лице его была написана задача архиважная, в руках у него была аппаратура архисложная, и все эти мордатые мужики, которые собрались здесь почесать языками, просто мешали ему выполнять свое дело.
Кстати сказать, мужики действительно были всё больше мордатые и осанистые. В дорогих костюмах и с дорогими гаджетами. Ничего, что лица некоторых из них дышали убойным перегаром — в зале находилось достаточно и тех, кто подошел к предстоящей конференции со всей ответственностью, и даже приготовил речь. Было несколько совсем еще юных бизнесменов и одна хорошенькая бизнесвумен. Молодые числились уже на хорошем счету у Юлдасова, и он пригласил их специально для того, чтобы начинающие дилеры лучше увидели свои перспективы сотрудничества с ним. Бизнесвумен была не в меру подвижна лицом, переходя от серьезности к внезапному флирту, но молодые дилеры почему-то не брали ее в свой круг. А так всё шло как надо.
Выступил грушеобразный директор одного из заводов. Он говорил слова, строил значительную мину, часто повторял слово 'бизнес', как бы утверждая этим особую, известную только одному ему истину, и закончил под хлипкие аплодисменты. Стоя под открытым окном конференц-зала, Юлдасов поморщился. Акционеры доверили ему управление своими капиталами, а он нанял этого говорящего клоуна. Стыдно! Стыдно, да куда денешься от своей ошибки. Слабая надежда на то, что клоун еще окажется думающим человеком, испарилась.
Напоследок слово взял легкий, изящный, с иголочки одетый коммерческий директор, который говорил мало, четко и понятно. 'Сука…' — прошептал Юлдасов, вспомнив, что коммерческий директор сам у себя же работает и дилером, особо не разглашая, но и не скрывая этот факт. Сам себе продает товар, сам у себя покупает, сам себе определяет скидки и назначает бонусы. Коммерческий директор подбодрил вяло осознающую себя массу и еще раз напомнил, что цель нашего собрания — конструктивный диалог на пользу дальнейшего взаимовыгодного сотрудничества.
Юлдасов отошел от окна, и тут-то и подумал, не дурак ли он. На деньги, которые будут потрачены за эти три дня на то, чтобы кормить, поить и развлекать этих красномордых, вполне можно было бы поднять небольшой бизнес.
Он набрал знакомый номер и потихоньку вызвал из зала Дашу.
***
Юлдасов никогда не понимал, как одеваются женщины, он только отмечал, много или мало на них открытого тела — это всё, что способен был фиксировать его мозг. Фасоны, стили, аксессуары и покрой оставались за рамками его восприятия. Только одного он не любил и всегда отличал в женщинах — это когда они одевались в черное. Ему казалось, что черный цвет не создан для них.
Его немного насторожило, что Даша вышла из конференц-зала в миниатюрном черном платье под легким черным пальто нараспашку. Но за удивительные по своему изяществу формы Юлдасов готов был простить ей всё — даже если бы она с ног до головы закуталась в черную штору. Они пошли по узкой аллейке. Даша ничего не спрашивала, он ничего не объяснял. Стояла оттепель, и нежный звон капели сам говорил за них.
— Как конференция? — спросил Юлдасов и почувствовал неприятную фальшь своего голоса.
— Интересно послушать, — Даша поддержала заданный им тон. — Много новой информации. Дилеры… и вообще. Распределение бонусов… интересно.
— Я рад, что тебе понравилось. Я специально настаивал на твоем участии. Я хочу, чтобы ты имела как можно более полное представление о том, чем занимается компания. Ты слушай, вникай во все мелочи.
— Я слушаю.
— Ты слушай… да.
— Можно задать вам вопрос? — Даша смотрела лукаво и чуть-чуть улыбалась.
— Спрашивай, сколько угодно. Для этого я тебя и позвал.
— Почему менеджеры-организаторы этой конференции уехали, а я осталась?
— М-м-м…. — Юлдасов описал круг глазными яблоками, — вот об этом я и хотел с тобой поговорить.
Они переглянулись.
— Тебе необходимо изучить все бизнес-процессы, протекающие в нашей компании, — начал он заунывно. Но, собравшись с духом, переменил тон: — Ты, наверное, знаешь, что скоро к нам приедут американцы?
Даша утвердительно кивнула. Они прошли уже аллею и сейчас поворачивали на одну из каменистых тропинок, которые вились по всей территории пансионата.
— Так вот, значит… американцы, — Юлдасов покряхтел. — Это очень важные для нас люди. Очень серьезные. Мы для них — одни из тысячи. Они для нас — единственный шанс. Понимаешь?
