Даша подняла на него глаза, в которых читалось, что она понимает, но ничего не понимает.
— Хорошо. Я тебе скажу по-другому, — он глубоко вздохнул. — Все мы люди. Помнишь, я говорил тебе о направлении, на которое хочу тебя поставить?
— Помню.
— Направление это связано с американцами.
— Каким образом?
— Что?
— Каким образом оно связано?
— Каким образом? Самым прямым, — он снова вздохнул, — Все мы люди…
В глазах Даши показались два ножа. Это не были устрашающие кинжалы, а всего лишь крохотные незаметные лезвия, но они до неузнаваемости изменили ее облик.
— Ты меня понимаешь, — сказал Юлдасов, заметив эти ножи.
— Я вас не понимаю, — с неотразимой улыбкой ответила Даша.
Он остановился и повернулся к ней лицом.
— Даша, ты красивая девушка.
— Спасибо.
— Ты очень красивая девушка.
Даша сделала жеманную мордочку, но даже жеманность не могла испортить ее красоты.
— Я вот что хочу сказать тебе, Даша… Я ведь до сих пор ничем тебя не обидел?
— Ну что вы.
— Я сразу тебя оценил. Ты не штампованная красотка. Ты — единственный экземпляр.
Даша привыкла получать комплименты, но тут она зарделась.
— Есть мужчины, — продолжал Юлдасов. — Очень богатые мужчины. Такие богатые, что нам с тобой и не снилось. Я говорю 'нам с тобой', потому что для таких людей между мной и тобой нет почти никакой разницы. Допускаю даже, что ты значила бы для них больше.
Даша, не отрываясь, смотрела на него.
— У богатых мужчин есть прихоти, — мягко и вкрадчиво вел Юлдасов. — Им не нужна дешевка. Им нужен эксклюзив.
Они стояли возле моста — небольшого деревянного мостика, переброшенного через пруд. В пруду плавали белые лебеди, и они на минутку — всего лишь на одну минутку — приковали Дашин взгляд.
— Нравится здесь? — спросил Юлдасов, перехватив этот взгляд.
— Очень красиво. Пойдемте на мостик?
— Подожди. Сейчас пойдем на мостик, и куда ты захочешь. Я хочу донести до тебя мысль. Это всё, — Юлдасов обвел рукой пруд, лебедей и лес, — Может стать для тебе таким привычным, что ты перестанешь это замечать. Я показал тебе лишь маленький кусочек того, чем ты в будущем можешь располагать, как своей собственностью. Нужно только правильно мыслить. Правильно мыслить и не растрачивать себя по пустякам.
— А я растрачиваю себя по пустякам?
— В твоей жизни нет единого плана, который привел бы тебя к успеху.
— Плана? Мне нравится жить по вдохновению.
— Вдохновение я уважаю. Без вдохновения в этом деле никуда. Вся эта жизнь… Ты молодая. Думаешь, я не знаю, как хочется иметь всё, когда ты молода и прекрасна? Ты не из тех девушек, которые будут довольствоваться кусочками от жизни. Нет, кусочки не для тебя. Если ты не будешь глупой девочкой, к тридцати годам у тебя будет свой бизнес, а, может, и раньше.
— Вы хотите предложить мне что-то конкретное? — насторожилась Даша.
Юлдасов обрадовался:
— Что-то конкретное! Именно это я и хочу тебе предложить. Эти американцы… когда приедут, ты будешь вместе с ними.
Даша быстро взглянула на него.
— Вместе с нами, — поспешил поправиться Юлдасов, — на переговорах. Вместе с нами на переговорах. Просто чай, кофе… ничего особенного. Ты ему понравишься.
— Кому?
— Там есть один. Я тебе его покажу.
Юлдасов надолго замолчал, выжидательно глядя на свою собеседницу.
— Дальше, — неожиданно тон у Даши стал слишком властный.
Юлдасову это не понравилось, но он скрепился и продолжал:
— Если тебе удастся… и если мы подпишем контракт… перед тобой откроются серьезные перспективы.
— А что это — 'серьезные перспективы'?
— Даша, — Юлдасов посмотрел укоризненно, — ты ведь не такая глупая девушка, какой пытаешься выглядеть.
Даша немного подумала и проговорила отстраненно:
— Это не деловой разговор.
— Хорошо, хорошо. — Юлдасов слегка заступил ей дорогу, как будто боясь, что она сейчас развернется и уйдет. — Я понял. Тебе нужны конкретные цифры… да, понимаю.
— Не только цифры. Хотелось бы знать, за какие конкретные действия я буду иметь эти конкретные цифры. В случае заключения контракта и в случае его незаключения.
— Действия? — Юлдасов пожевал губами. На лице его отразилось крайнее удивление. — Даша… неужели мы будем с тобой об этом торговаться?
— Торговаться? — Даша презрительно скривила ротик. — Нет, торговаться я не собираюсь.
— Понимаю.
— Тогда я вас слушаю.
— Не знаю, как тебе объяснить…
— Не стесняйтесь.
— Я очень тебя ценю…
— Я польщена. Что я должна буду делать?
— Ты понимаешь… переговоры заканчиваются не в конференц-зале.
— А где?
— Они продолжаются в ресторане.
Даша подбадривающе кивнула.
— Потом можно в сауну…
Юлдасов надолго смолк.
— Ну и? — прервала его молчание Даша.
— Что?
— Конкретные цифры за каждый этап переговоров.
Он вздохнул:
— Всё зависит от результатов.
— Вы предлагаете мне заниматься благотворительностью?
— Даша! Для меня важен результат, а не проделанная работа. Если проделанная работа не ведет к конкретному результату, то она не ведет и к конкретным цифрам. Понимаешь?
— Нет, — сказала Даша ледяным тоном — В таком случае я вас не понимаю.
— Ты мне не веришь, — Юлдасов горестно вздохнул.
— Веришь-не-веришь… — Даша усмехнулась. — Вы что мне, отец родной, чтобы я вам верила?
