Из оцепенения меня выводит человек, восседающий в кресле в моей гостиной. У него светлые волосы, бледная кожа и, как обычно, идеально выбритый подбородок. Графитовый костюм и идеально начищенные туфли. В руках он крутит бирюзовую коробочку от Тиффани, которую я забросила под кровать несколько дней назад. Увидев меня, мужчина оскаливается в притворной улыбке, и мое онемение переростает в панику.
— Кристофер, — скриплю я пересохшим горлом.
Я так давно не видела его, так тщательно пыталась удалить его идеальные черты лица из памяти, что, кажется, это мне удалось. Смотрю сейчас на совершенную оболочку, но вижу лишь прогнившую начинку, чужого человека. Когда–то он мне казался богом, ангелом, сошедшим с небес для того, чтобы спасти меня, вырвать из плена горя после потери близких. Уверена, до сих пор многие женщины пьют и едят из его рук, когда он протягивает им жалкие крохи. Но я вижу лишь отравленное яблоко в скрюченных пальцах.
— Здравствуй, сладкая, — слух режет до боли знакомый голос, и все волоски на моей коже становятся дыбом. Сладкая… Сладкая. Сладкая! Перед глазами начинает мелькать калейдоскоп картинок из моего прошлого, когда он называл меня так. Нет! Я не хочу туда возвращаться! — Даже не открыла мой подарок? Я огорчен. И разочарован…
— Зачем ты пришел, Кристофер? — проигнорировав его вопрос, спрашиваю его дрожащим голосом. Я пытаюсь придать ему силы и твердости, но тщетно. Слишком долго он пробирался мне под кожу, слишком долго я позволяла ему это делать.
— Я обещал тебе, что мы еще увидимся. Ты же не думала, что я нарушу свое слово? — он, в отличии от меня, само спокойствие. Но это лишь иллюзия. Чем спокойнее он снаружи, тем сильнее кипит ярость внутри него.
— Кристофер, у меня теперь другая жизнь, другой…
— Да–да, я знаю, — не дав договорить, перебивает меня на полуслове. — Мужчины, дискотеки, пьянки. Как обычно. Ничего нового.
Что?! Что за бред?
Крис встает и начинает идти в моем направлении. Как бы я ни хотела оставаться сильной и дать ему отпор, но подсознательно, на уровне инстинктов самосохранения, начинаю пятиться назад. Мои шаги мелкие, хаотичные, а его твердые и уверенные. Мгновение спустя, он уже стоит в полушаге от меня, сжав мою руку выше локтя и нависнув надо мной.
— Что тебе нужно от меня? — тихий вопрос между судорожными вдохами.
— Ты знаешь, сладкая, — наклонившись к самому уху, рокотом произносит мужчина. Я пытаюсь вырвать руку, но он до боли сжимает кулак и я тихо всхлипываю. — Мне всегда была нужна только ты.
Я зажмуриваюсь, услышав эти слова, и отрицательно мотаю головой.
—– Нет, Крис, нет. Уходи, — умоляющим голосом прошу я. — Меня больше нет. Исчезла, растворилась. Я все забыла, слышишь?! Забыла!
— Не волнуйся, детка, я тебе напомню, — угрожающим голосом говорит Кристофер.
— Я закричу. Больше не позволю тебе прикоснуться ко мне. Я другая, Кристофер. Этот год многое изменил. Я исцелилась.
— Не так быстро, сладкая. Скоро накричишься вдоволь, но сейчас обойдемся по–тихому.
Я начинаю рьяно вырываться, мокрые волосы хлестко бьют меня по лицу, прилипая к губам и закрывая взор. Но я не могу ему позволить еще раз над собой надругаться. Никогда больше. Я не раз говорила это Дейзи, и как мантру повторяла себе каждый вечер перед сном, вместо молитвы.
Острая боль пронизывает мои руки, а потом плечи и позвоночник, когда Крис грубо встряхивает меня, как тряпичную куклу, еще сильнее впиваясь пальцами в кожу. Я вскрикиваю, и набираю порцию воздуха для пронзительного визга, но замираю, увидев в его правой руке оружие. Вот тут мне и становится по–настоящему страшно.
Пистолет?! У него есть пистолет? Холодная сталь прижимается к щеке, отчего мое тело начинает бить озноб.
— Крис, пожалуйста… — я всхлипываю, пытаясь взять себя в руки. — Крис, прошу тебя, убери оружие…
Проходит несколько бесконечных мгновений, прежде, чем слышится стук в дверь.
— Кэтрин! Ты дома? — это Доминик. Мой чужой Доминик. Его хрипловатый голос затрагивает каждую струну в моем теле, но они, одна за другой, рвутся от воспоминания о его лжи. — Кэтрин, я знаю, что ты дома! Открой, иначе я выломаю дверь!
Я смотрю на Кристофера, но он лишь отрицательно качает головой, прижав палец к моим губам.
Затем слышится оглушительный удар в дверь, и я зажмуриваюсь. Потом еще и еще, вперемешку с его криками, а я вздрагиваю от каждого удара.
— Кэтти, детка, нам нужно поговорить, — после непродолжительной паузы, произносит Ник тихим голосом. — Все не так. Дай мне обьяснить. И, если ты захочешь, я уйду. Но сначала выслушай меня.
Я ничего не хочу слышать, ни о чем не хочу знать. Сейчас единственное мое желание — чтобы Крис выстрелил и избавил меня от этой боли, что ядовитым червем пожирает изнутри. Обессиленно сползаю по стенке на пол, поджимаю под себя ноги и кладу голову на колени. Мне плевать, что еще секунду назад Крис целился в меня, плевать, что сейчас приедет полиция, которую, наверняка, уже вызвали соседи. Не хочу ничего, уйдите, исчезните все из моей жизни!
— Правильно, сладкая, подождем, пока он свалит, — прошептал Крис, усаживаясь рядом.
