Эмили кивает, как будто меньшего она и не ожидала.
— Она поддерживала Райана во время… что ж… всего.
Я чувствую ком в горле. Понятно, что Эмили имеет в виду Адама, старшего брата Райана.
— Собаки — удивительные существа, — продолжает Эмили, и я прижимаю Салли чуть ближе. — Они все помогают преодолеть. А еще они просто дурашки, что очень спасает, когда хочется посмеяться.
Как по команде, Салли очень слюняво лижет меня в щеку, застав врасплох, и я падаю на спину — как раз когда на лестнице появляется Райан. Он ухмыляется, глядя, как Салли набрасывается и лижет меня.
— Пойдем-ка, нальем тебе что-нибудь выпить, — предлагает Эмили, оттаскивая Салли, и протягивает мне руку, чтобы помочь встать. — Похоже, у вас был тот еще денек.
— Весьма неудачный, — признаюсь я.
— А я бы так не сказал, — возражает Райан, спускаясь по лестнице. — Мы посидели на тех самых киношных стульях.
— Что у тебя за одержимость этими стульями? — спрашиваю я, следуя за Эмили на кухню; Райан идет сзади. — И, конечно, наблюдать за игрой Макса Шёберга было круче, чем сидеть на стульях.
— Вам хотя бы удалось поговорить с этим великим человеком? — спрашивает Фредрик — он снял свои прихватки, чтобы добавить последние ингредиенты в огромную миску салата.
— К сожалению, нет, но мы возьмем у него интервью завтра, — с уверенностью говорит Райан.
Эмили кривится.
— Надеюсь, они вас не подведут. Было бы ужасно проделать весь этот путь и не иметь возможности поговорить с ним.
— Не переживай, мам, Харпер бы этого не допустила, — заверяет ее Райан. — Я не хочу знать ее методы, но все в индустрии прекрасно понимают, что Харпер Дженкинс добивается любых интервью, каких захочет.
— Это небольшое преувеличение, — говорю я, краснея и опуская взгляд на ноги.
— Райан никогда не преувеличивает, — настаивает Фредрик. — Если уж на то пошло, он любит все преуменьшать и склонен к цинизму. У него это от матери, от британцев.
— Будешь вино, Харпер? — спрашивает Эмили, закатывая глаза в ответ на слова мужа. — Белое или красное?
— То, что открыто. — Я вежливо улыбаюсь.
— Она любит белое, — вмешивается Райан, открыв холодильник и достав бутылку.
Эмили слегка улыбается ему, и мне становится интересно, как много его родители обо мне знают.
— Спасибо вам большое за приглашение, — говорю я. — Это очень любезно, учитывая, что все случилось в последнюю минуту. Я говорила Райану, что запросто найду отель…
— Ерунда, — отмахивается Фредрик, а Эмили кивает в знак согласия и передает мне бокал. — Мы рады тебя видеть. Присаживайся, где тебе удобно.
Я иду к столу, расположенному в дальнем конце кухни рядом с открытыми французскими окнами, которые выходят в ухоженный сад — в центре сада вьется тропинка, окруженная разными яркими цветами, а в конце, у небольшого деревянного сарая, цветет вишня.
— Ух ты, какой у вас потрясающий сад! — отмечаю я и ставлю бокал на стол, поближе к окну. — Вы оба садовничаете?
— Это по моей части, — говорит Эмили и, приказав Салли сидеть на лежанке в углу, приглашает меня за стол. Сама она выдвигает стул на противоположной стороне. — Фредрик лучше управляется на кухне. Для растений ему не хватает терпения. У тебя есть сад в Лондоне?
Я качаю головой.
— Нет, но я выращивала кое-какие травы на подоконнике. Они долго не протянули. Не скажешь, что у меня талант. Я постоянно о них забывала, если честно.
— Райан — очень способный садовод, — рассказывает мне Эмили.
— Мама постоянно так говорит, хотя последний раз я помогал ей с садом лет в пятнадцать, — вздыхает Райан. Он ставит на стол миску с салатом и садится рядом со мной. — Думаю, она надеется, что, если говорить мне, какой я хороший садовод, меня это в конце концов заинтересует. До сих пор ее тактика не сработала, но она упорно старается.
— И все же у него отлично получалось. — После слов Эмили Райан бросает на меня красноречивый взгляд, и я смеюсь. — Раньше мы вместе высаживали растения, перекапывали почву и пропалывали грядки, а он в это время тренировал речи для клуба дебатов.
— Ты участвовал в клубе дебатов? — спрашиваю я, впечатлившись.
— Он был
— Отлично, мам, пап, спасибо, — бормочет Райан. — Мы тут всего полчаса, а вы уже выдаете Харпер мои детские секреты. Раз уж это теперь общеизвестная информация, просто хочу уточнить, что среди моих сверстников быть капитаном клуба дебатов считалось очень крутым.
— О, могу себе представить, — поддразниваю его я, улыбаясь. — А знаешь, для меня совершенно логично, что ты был капитаном клуба дебатов. — Я поворачиваюсь к родителям Райана, пока Фредрик занимает место за столом. — Райан очень хорошо умеет отстаивать свою точку зрения, когда в офисе разгораются жаркие дискуссии.
— Что означает: «Райан докучливый», — переводит Райан.
— Я не это имела в виду.
