Последнее слово полностью

Я не знаю, что ответить. Почувствовав вдруг, что у меня нет сил говорить, я тихо киваю и выхожу из его кабинета. Никто не поднимает глаз, когда я появляюсь. Все слишком заняты своей работой или телефонами. Я слышу, как за компьютером всхлипывает Габби, и вижу, что ее глаза покраснели и опухли оттого, что она опять плакала. На должность помощницы редактора ее взяли относительно недавно, так что она свято верит, что уйдет первой. Мне бы хотелось защитить ее от этого, тем более что она только-только окунулась в журналистику. Мне жаль ее и ужасно паршиво за себя. Проклятая знанием, что я больше не сотрудник редакции, и не имеющая возможности поделиться этой новостью…

Сев на свое место, я придвигаюсь к столу и оцепенело смотрю на экран. Письма, всплывающие в папке «Входящие», теперь кажутся неважными. Я пытаюсь представить свою жизнь без этой работы. Не получается. Это невозможно. Придется искать другую. Меня охватывает паника.

Что же мне делать?

— Харпер, все нормально? — спрашивает Мими, выглядывая из-за своего монитора. — Выглядишь не очень.

— Да, все хорошо, я просто сейчас вспомнила, что мне нужно быть на… презентации книги, — выдаю я со скрипом. К горлу поднимается желчь. Я тянусь за сумкой. — Мне пора.

— Мы собирались после работы выпить все вместе, — говорит Мими, жестом указывая на остальных сотрудников. — Утопить наши печали, так сказать.

— Мне правда нужно на эту презентацию. Она очень важна. Будет много… скандалов. Жаль, что пропускаю.

— Нам будет тебя не хватать. Ты уверена, что все хорошо? — спрашивает обеспокоенная Мими.

— Голова немного разболелась, но я выпью ибупрофен по дороге, — убеждаю я ее, выходя из рабочего аккаунта, и встаю со стула. — Увидимся.

Не знаю, замечает ли Космо, как я проношусь мимо его кабинета, но даже если и замечает, то не пытается меня остановить. Да и какая ему теперь разница? В лифт набиваются репортеры из редакции газеты, и, стоя у задней стенки, я смаргиваю слезы и нетерпеливо жду, пока они выйдут на первом этаже, чтобы скорее промчаться к выходу.

На улице дождь. Даже ливень. Утро было ясное и к тому же теплое, так что я не взяла на работу ни зонт, ни куртку.

Я выхожу под дождь и направляюсь к метро. Капли падают мне на лицо и скатываются с кончика носа, выбившиеся из хвоста волосы липнут ко лбу, а голубая рубашка начинает от влаги приставать к телу. Мне все равно.

— Харпер!

Я настолько сосредоточенно переставляю ноги одну за другой и пытаюсь что-то разглядеть в потоках ливня, что не замечаю Райана, пока он не оказывается у меня перед носом; мне приходится остановиться. Глядя на меня сверху вниз, он тут же двигает свой зонт, чтобы накрыть меня.

— Что ты делаешь? — спрашивает он, явно озадаченный моей прогулкой под дождем в рабочее время.

— Ты же в Уэльсе, — тупо говорю я, хотя он стоит прямо передо мной, на тротуаре в Воксхолле.

— Был до этого утра. Только что вернулся поездом. Ты вся промокла! Где твой зонт?

— Утром дождя не было.

— Куда ты идешь? У тебя мероприятие?

— Да, — вру я, вытирая воду с лица тыльной стороной ладони. — Мне нужно идти.

— Подожди, Харпер, возьми, — говорит Райан, протягивая мне свой зонт, когда я начинаю обходить его.

— Нет, спасибо. Не нужно, — отвечаю я, отталкивая ручку.

— Что случилось? — Он отступает и снова становится передо мной. — Что-то случилось. Поговори со мной.

— Ты же слышал про сокращения?

Райан мрачнеет.

— Да. Это кошмар. Как ребята?

— Не очень. Космо звонил тебе вчера?

Он проводит рукой по волосам, и я сразу же понимаю, почему он не отвечает на такой простой вопрос.

— Как долго ты знаешь? — спрашиваю я, глядя на него в неверии.

— Несколько дней, — тихо признается он.

— Несколько дней? — повторяю я в растерянности. — Когда ты узнал?!

— В понедельник.

— То есть всю неделю.

Райан смотрит на меня со страдальческим выражением лица.

— Я хотел тебе рассказать. Ужасно хотел, но мне нужно было оставаться профессионалом. Меня строго проинструктировали, что это конфиденциальная информация. Меня это убивало, но я все равно должен был хранить это в секрете от тебя. Мне очень жаль.

— Так вот почему ты от меня отдалился, — медленно говорю я, сложив два и два. — Мог бы и сказать что-нибудь.

— Мне не разрешали никому ничего говорить, — аргументирует он.

— Да, Райан, но это же я. Ты мог мне довериться! Мог подготовить меня! Но вместо этого ты вел себя холодно и отстраненно, а я решила, что сама во всем виновата. Я понятия не имела, что сделала не так. И в итоге, когда я узнала такую важную новость вместе со всеми, тебя там не было, и ты даже не написал мне!

— Я не хотел тебе врать, — настаивает он. — Я хотел сначала увидеться с тобой, а потом обсудить это.

— Что ж, ты все равно мне соврал. И я чувствую себя еще большей идиоткой.