– Если ты хотела меня удивить, то напрасно: знаю я все ваши фокусы, – сухо проговорил он.
Прюнель закатила глаза к небу.
– К тому же ты вся растрёпанная, – добавил Сьель.
Не могло быть и речи о том, чтобы показать своё смущение или расчёсываться в его присутствии. Ну и пусть растрёпанная! Желая помириться, она хотела сказать спутнику, что ей очень понравились булочки, но девочка придержала этот комплимент.
– Куда мы направляемся? – спросила она.
– Скоро увидишь. Там очень солнечно и, какая бы погода ни была в других местах, всегда ясно.
Чуть позже они проехали через чащу, где всегда была ночь и светила луна, а потом пересекли урочище, покрытое вечным снегом, ослепительно сиявшим белизной.
Наконец добрались до поляны, где забавлялись около сотни единорогов и волшебных оленей, которых дрессировали несколько десятков молодых людей. Прюнель с трудом сдерживала Ласку, желавшую поприветствовать лёгким толчком рога каждого из своих соплеменников.
Сьель подвёл её к странному треугольнику – обширному пространству между тремя гигантскими лиственницами. Каждый, кто входил туда, становился невидимым, пока не появлялась луна. Хотя Прюнель и не подавала виду, это зрелище произвело на неё сильное впечатление. Ни одно заколдованное место в Тандревале не таило в себе столько чудес.
И всё это создала Дюна с помощью одной только магии!
Прюнель, пожалуй, могла бы устроить то же самое в Тандревале, если всё вернётся в нормальное русло.
Затем ей разрешили посетить здание, где добрый десяток людей учились по-старинному готовить снадобье в пузатых котелках. Потом Сьель и Прюнель забрались на вершину расположенной неподалёку узкой башни из красного кирпича.
– Если здесь подумать о своих страхах, они покажутся не такими уж и пугающими.
– Ты говоришь по собственному опыту? – поинтересовалась девочка.
– Нет. Страх позволяет сохранять осторожность и уклоняться от опасности, – ответил юноша категоричным тоном.
Не совсем так – порой страх парализует… Так что Прюнель, закрыв глаза, обратилась мыслями к тому, что её сейчас занимало, – к огромному страху навредить отцу. Тело сразу же расслабилось, а дыхание стало более свободным.
Какое облегчение, просто чудо!
Решение всё ещё не оформилось, но, по крайней мере, тревога уже не давила на неё так сильно.
– Пора возвращаться, – объявил Сьель, когда они спустились. – Главное ты видела, а показывать тебе остальное у меня времени нет, меня ждёт работа.
Девочка кивнула, хотя её распирало от любопытства. Тенистый лес оказался фантастическим местом, мечтой чародея! Она забралась на спину Ласки, которая вытянула шею и нежно заурчала, словно пела колыбельную.
– Волшебная песня? – поинтересовался юноша недоверчивым тоном.
– Вовсе нет! Она мурлычет в знак благодарности, когда довольна или приятно провела день.
Впереди на перепутье трёх дорог показалось красивое круглое здание из белого камня.
– А это что? – спросила Прюнель.
– Кухня. Там я живу и готовлю.
– Ой, а можно мне туда?
– Нет. Я приглашаю только друзей.
Ответ был резким, как пощёчина. Раскрасневшись от обиды, Прюнель рявкнула:
– Если ты всегда столь же любезен, то у тебя их, наверное, немного!
Сьель, в свою очередь, надул губы и смутился. Он открыл рот, словно хотел объясниться, но девочка не стала ждать ответа. Вместо того она отдала Ласке молчаливый приказ возвращаться в дом, больше не обращая внимания на молодого человека. И на этот раз единорог её послушался.
Они скакали на полной скорости и всего через несколько минут подъехали к большому дому Дюны.
Прюнель спустилась на землю, ещё не забыв обиды на Сьеля. Ласка, несомненно, это чувствовала, поскольку прижалась к девочке, и та, успокоенная этой нежностью, обняла чёрную морду.
– Увидимся позже, моя красавица.
Снова оказавшись в одиночестве, Прюнель вошла в пустой дом и добралась до своей комнаты. Она открыла дверь, выходящую на террасу, и в нескольких шагах поодаль увидела в траве красивую белку. Та встала на задние лапы и вытянулась.
Девочка затаила дыхание и замерла, боясь спугнуть её, но животное повернулось к ней.
– Прюнель, это я, Нокс, – произнесло оно несчастным голоском.
Белка в три прыжка добралась до девочки и ловко вскочила на балюстраду.
– Что произошло? – ахнула Прюнель.
– Как видишь, благодаря покровительству Дюны долгожданная встреча действительно состоялась. – Повесив голову, Нокс издал долгий вздох. – Увы, мне не вернули человеческий облик. Всё, что я обрёл, – наружность грызуна.
Он также уменьшился в размерах, стал очень даже миленьким, и ему больше не нужно было висеть головой вниз. Хорошо, что Прюнель удержалась и не сказала ему об этом, – сейчас это было совсем не вовремя.
– Свидание длилось всего несколько минут, – с досадой добавил Нокс. – Под грустными ветвями плакучей ивы неподалёку отсюда!
– Ах, мне очень жаль! А это… окончательно?
Нокс взглянул на неё таким печальным взглядом, что Прюнель с трудом подавила желание взять его в руки и приласкать.
