– До свадьбы поживете во дворце в роли фрейлины Ее Величества, – начал говорить Вышинский после того, как мы выехали на улицу Роз, – апартаменты для вас приготовлены. Помолвка будет короткой. Ее Величество настаивает на месяце.
Я удивленно перевела взгляд на мужчину. Всего месяц? А как же положенный год для аристократов?
– Если вообще поженимся, – вдруг добавил он, отворачиваясь.
– Ах да, – процедила я насмешливо, – вас же называют проклятым женихом. Кто знает, что может случиться за этот месяц…
Вышинский скрипнул зубами.
– Надеюсь, вы, как ведьма, сможете посодействовать, чтобы свадьба все-таки состоялась. Это же в ваших силах.
Я не собиралась проглотить шпильку.
– Вы считаете себя таким ценным призом?
– Я для вас лучший вариант, – не обратил он внимания на мое ехидство. – Следующим претендентом на вашу руку будет лорд Краевский. Неженатых лордов осталось не так уж много в королевстве.
Он прав, лорд Краевский – худшая партия. Вдовец, сорок семь лет, с кучей жадных отпрысков, как законных, так и нет.
– Я могу выйти замуж за принца, – вот это я сказала зря, злость – плохой советчик. Но не удержалась и язвительно добавила, повторив сказанные им ранее слова: – Вы же знаете, это в моих силах.
Вышинский оказался умнее и просто промолчал, сведя перепалку на нет. Тем более что мы уже подъехали к дворцу. Жених подхватил чемодан, вышел из кареты и вежливо подал мне руку. Его страстная ненависть к ведьмам не позволила проигнорировать манеры, вбитые с младенчества. Я, чуть тронув его локоть, вышла наружу. Нас встречали. У одного из многочисленных черных ходов стояли две девушки и немолодой мужчина в форме дворцовой охраны.
Вся компания во главе с Вышинским повела меня наверх. Путь я не запомнила, волновалась, да и устала за день порядочно. Жених чопорно попрощался у дверей, поцеловав ладонь и пообещав навестить завтра. Девушки вошли внутрь.
– Люсиль, Анатоль, – представились они, – мы ваши личные горничные. Ванна готова, кровать расстелена. Ужинать будете?
Я покачала головой. Мне даже купаться не хотелось, лишь упасть на горизонтальную поверхность, можно даже на пол, и отключиться. Последние часы я держалась на одном упрямстве.
Королева сразу же взяла в оборот. Если я надеялась, что она даст мне время прийти в себя и привыкнуть к дворцовой жизни, я крупно ошиблась. Ей требовались новые наряды, драгоценности, деньги на подарки фаворитам, плюс вскоре приезжает принцесса Лилия со своей свитой, а это балы и увеселения. Казна пуста. Мне предложили ее наполнить. И быстро.
Я давно уяснила, практикуясь в детстве и так и сяк, что чем серьезнее просьба, тем больше времени потребуется ведьмовской силе, чтобы ее выполнить. Яблоко, например, оказалось в нашей с Вышинским комнате спустя несколько минут, а для миллиона золотых, которые пожелала королева, потребовалась целая неделя. Я не знала, как действует моя сила, какие структуры бытия затрагивает, идя к озвученной цели, и в жизни бы не догадалась, как можно раздобыть такое огромное количество денег за короткий срок. Но какими бы тайными тропами она ни следовала раньше, в этот раз моя сила выбрала способ получить золото через сыскное управление.
Министр финансов лорд Дворжецкий работал на своей должности более тридцати лет, чуть ли не со вступления на престол предыдущего короля. Ванда вообще не лезла никогда в управление страной, поэтому и не стала менять ни министров, ни советников после смерти своего мужа. А зря – многие из них подозревали Ее теперешнее Величество в причастности к смертям и предыдущей королевы, и юного наследника престола, и даже самого Михаэля Гайовы. Уж слишком легко и просто взошла на престол восемнадцатилетняя глупышка.
Лорд Дворжецкий был очень умным и очень осторожным управленцем. И как он мог попасться на подлоге? Непонятно. Но попался. То ли перешел дорогу кому-то злопамятному, то ли не поделился с ним же, то ли еще что. В общем, через три дня после моего переезда во дворец на стол Вышинскому легли бумаги, отправленные анонимно. В них были убедительные доказательства воровства из казны лордом Дворжецким, подтвержденные его личной подписью на договорах. Начиная с подрядчиков, строивших королевский дворец в Корноле, заканчивая бесценными южными землями, проданными за копейки.
А самым страшным потрясением было приложенное к бумагам письмо принцессы Анны, дочери покойного короля, где она благодарит лорда за поддержку в грядущей войне и за его заверения в нашей слабой армии, не способной защитить королевство.
Если за воровство лорда могли сослать на каторгу, то за измену грозила виселица. В дополнение к обязательным – лишение привилегий и титулов всему его роду.
Дворжецкий признался сразу. Пытки поспособствовали или обещание королевы не трогать любимых внуков – не знаю. Быстро подписал бумаги, передав имущество в казну. Вышло ровно миллион золотых, лежащих в различных банках, три особняка в столице и десяток громадных поместий в разных частях королевства.
