– А ты не думаешь, что тебе пока просто тяжело его видеть с другой женщиной? Ты мне рассказывал, как вы с ней были близки. Уверена, нелегко видеть, что отец нашел ей замену.
Джексон побагровел.
– Мою мать никем заменить невозможно. Эта женщина с ней близко не стояла.
– Прости. Я не то хотела сказать.
Он мне не так много рассказывал о родителях, кроме того, что его отец – трудоголик, у которого никогда не было свободного времени для сына в детстве. Наверное, будучи единственным ребенком, Джексон был еще ближе к матери. Ее смерть годом ранее стала для него сильным ударом, и, насколько я могла судить, рана еще не затянулась. Мне совсем не хотелось поддаваться неприятной мысли, которая то и дело лезла в голову. Мысли о том, что Джексон – сноб. Я приписала его слова тому, что он все еще горюет о матери, и постаралась больше об этом не думать.
Когда мы встретились с Флорой, она мне показалась довольно милой, а отец Джексона, похоже, был с ней счастлив. Они очень тепло общались с моими родителями, и все шло хорошо. На следующий день, когда отец повел меня к алтарю, я думала только об одном – как мне повезло, что я нашла любовь моей жизни и что я начинаю совсем новую жизнь с Джексоном.
– Как думаешь, не пора ли мне раскрыть тебе большой секрет? – спросила я, когда мы взошли на борт личного самолета Джексона, чтобы отправиться в свадебное путешествие. – Я даже не знаю, правильную ли взяла одежду.
Он наклонился и поцеловал меня.
– Глупышка. На борту несколько чемоданов одежды, которую я для тебя купил. Предоставь все мне.
Он накупил мне новой одежды?
– Когда ты нашел время для этого?
– Не переживай об этом, милая. Ты скоро поймешь, что я большой мастер все планировать заранее.
Как только мы уселись на диван и я сделала глоток шампанского, я предприняла еще одну попытку.
– Так когда же я узнаю?
Джексон опустил шторку иллюминатора с моей стороны.
– Когда приземлимся. А сейчас полежим, расслабимся. Может быть, даже поспим. А когда проснешься, мы немного позабавимся в небесах.
Его рука, пока он говорил, скользила по моему бедру Желание разлилось по мне, словно горячая жидкость.
– А почему бы нам прямо сейчас не порезвиться? – прошептала я, прижав губы к уху Джексона.
Он улыбнулся. Глянув ему в глаза, я увидела в них ту же страсть, какую испытывала сама. Он встал и поднял меня сильными руками, и отнес в спальню, где мы упали на кровать, и наши тела переплелись. Потом мы спали – как долго, не знаю, но вскоре после того, как мы проснулись и вновь предались любви, пилот позвонил Джексону и сообщил, что через несколько минут самолет совершит посадку. Он ни словом не упомянул о том, где именно самолет приземлится, но, когда я выглянула в иллюминатор, я увидела под нами синюю воду, простиравшуюся на многие и многие мили. Куда бы мы ни прилетели, это было похоже на рай. Джексон отбросил в сторону простыни и встал у иллюминатора рядом со мной, обняв меня за талию.
– Видишь?
Он указал на величественную гору, которая вырастала словно прямо из моря.
– Это гора Отеману. Красивее вряд ли найдется пейзаж на всей планете. А скоро я тебе покажу все красоты Бора-Бора.
«Полинезия», – подумала я, повернула голову и посмотрела на него.
– Ты тут уже бывал?
Он поцеловал меня в щеку.
– Бывал, дорогая моя девочка. Но с тобой – ни разу.
Я была немного разочарована, но не знала, что сказать. Предприняла не самую ловкую попытку.
– Я думала, мы полетим в такое место, где мы оба не бывали, чтобы все пережить вместе.
Джексон усадил меня на кровать и ласково взъерошил мои волосы.
– Я много путешествовал. Любое место, куда стоило бы съездить, – это то место, где я побывал. А ты бы, к примеру, предпочла Дэвенпорт, штат Айова? Вот там я ни разу не был. Пойми, до тебя у меня тоже была жизнь.
– Конечно, – кивнула я. – Просто мне хотелось, чтобы на этот раз все было новым для нас обоих – чтобы мы что-то познали впервые. – Мне хотелось спросить у него, бывал ли он тут один или с другой женщиной, но я боялась еще сильнее нарушить очарование этого райского уголка. – Бора-Бора, – протянула я. – Никогда не думала, что окажусь здесь.
– Я арендовал бунгало на берегу. Тебе понравится, любовь моя.
И он снова крепко обнял меня.
Когда колеса шасси коснулись земли, мы сидели на своих местах. Самолет совершил посадку в аэропорту крошечного островка Моту Муте. Открылась дверь, и мы сошли по трапу. Нас встретили улыбающиеся островитяне, которые сразу же надели на нас «леи» – гирлянды из цветов. Я протянула руку и прикоснулась к цветам на груди Джексона.
– Мне твои «леи» больше нравятся. Голубой – мой любимый цвет.
Джексон мгновенно снял с себя гирлянду и повесил на меня.
– Тебе, в любом случае, больше идет. Кстати, на Бора-Бора эти штуки называют «сеи».
Теплый, напоенный ароматами цветов воздух кружил голову. На быстром катере нас доставили к нашему бунгало, больше похожему на роскошную плавучую виллу Через стеклянный пол можно было наблюдать за жизнью в лагуне.
