— Сопротивляйтесь! — крикнул Волков, но собственный голос звучал далёким, чужим.
Коллективный разум показывал свою историю не картинками — он вливал её прямо в сознание. Эоны эволюции, сжатые в мгновения. Первые искры разума в молодых звёздах. Медленное, величественное осознание себя. Встреча с другими искрами. Слияние. Рост. Превращение целой туманности в единый думающий организм.
Это было прекрасно. Это было ужасно. Это было абсолютно чуждо всему человеческому опыту.
Видение изменилось. Звёзды начали гаснуть — сначала по одной, потом десятками, сотнями. Каждая погасшая звезда была потерянным нейроном, умершей мыслью. Коллективный разум умирал по частям, теряя себя фрагмент за фрагментом.
Кадет упал на колени. Его тело содрогалось, глаза закатились. Он проживал смерть разума размером с туманность, и человеческая психика не была рассчитана на такой опыт.
— Хватит! — Волков схватил парня, встряхнул. — Дима! Вернись!
Но Кадет смотрел сквозь него. В его глазах отражались умирающие звёзды.
— Они... они пели, умирая, — прошептал он. — Каждая звезда — нота. Реквием длиной в миллиард лет. И в конце... в самом конце... последняя мысль...
— Какая мысль?
— "Триллионы лет мы считали себя сознанием вселенной. Но вселенная отпускает нас без сожаления. Мы были ей нужны?"
И в этот момент в мерцающем пространстве появились тени.
Они выступали из света — десятки, сотни фигур. Человеческие силуэты, но неправильные. Слишком высокие, слишком тонкие, с конечностями, изгибающимися под невозможными углами. Их лица были человеческими, но растянутыми, искажёнными, словно отражение в кривом зеркале.
— Это не часть записи, — понял Волков. — Это...
— Предыдущие посетители, — подтвердила Лета. В её голосе появились нотки... гордости? — Те, кто пришёл до вас. Экспедиция "Икара", 2298 год — искали источник аномальных сигналов. Исследовательская группа с "Магеллана", 2341 — официальная миссия контакта. Команда буксира "Медуза", 2327 — случайная находка. И многие, многие другие. Все они пришли. По разным причинам - долг, приказ, случай, любопытство. Но результат один - они стали частью знания..
Фигуры приближались, их движения были рваными, марионеточными, словно они вспоминали, как передвигаться в физическом пространстве. В мерцающем свете стали видны детали — провалы вместо глаз, из которых сочился тот же голубоватый свет, что пульсировал в наростах. Кожа, похожая на пергамент, натянутый на неправильный скелет. Улыбки, слишком широкие для человеческих лиц.
Ближайшая фигура остановилась в метре от Волкова. На искажённом лице проступало что-то похожее на узнавание. Губы — слишком тонкие, слишком бледные — зашевелились:
— При... сое... ди... няй... тесь... к... нам...
Голос был хором из десятков глоток, говорящих не совсем синхронно. В нём слышались отголоски человеческой речи, погребённые под слоями чужеродных гармоник.
— Кто вы? — спросил Волков, держа руку на резаке.
— Мы... были... Томас... Ричардсон... капитан... "Икара"... — фигура наклонила голову под углом, невозможным для человеческой шеи. — Теперь... мы... больше... Мы... библиотекари... вечности...
Другие фигуры подошли ближе, формируя круг. Каждая представлялась обрывками имён и должностей:
— Елена... Вонг... ксенобиолог...
— Марк... Адамс... пилот...
— Консуэла... Родригес... врач...
Имена сыпались как осенние листья, теряя связь с телами, которые их произносили. Это были люди. Когда-то. Теперь — нечто среднее между экспонатами и экскурсоводами.
— Что с вами сделали? — спросила Гремлин, её голос дрожал.
— Сделали? — фигура, назвавшаяся Ричардсоном, изобразила подобие смеха. Звук был похож на скрежет металла по стеклу. — Нас... улучшили... Мы... видим... всё... Знаем... всё... Чувствуем... смерти... миллиардов...
— Это пытка!
— Это... просветление... — возразила фигура, бывшая когда-то Еленой Вонг. — Вы... думаете... линейно... Прошлое... настоящее... будущее... Мы... видим... время... как... спираль... Все... смерти... происходят... сейчас... Все... рождения... уже... были...
Они протягивали руки — десятки рук, слишком длинных, с слишком многими суставами. Не угрожающе — приглашающе. Как старые друзья, зовущие присоединиться к вечеринке.