Бай Сюинь выпорхнула из кровати и начала приводить себя в порядок. Ей надо было как можно быстрее посетить Храм Нефритового Будды и закончить дела. Все время она будет поддерживать связь с Шао Цинмэй, чтобы вовремя узнать, если та вдруг решит уехать, и попросить задержаться до своего возвращения. Созревший план был простым и понятным: как только она закончит дела ордена, то займется личной жизнью. Ей просто надо уговорить Да Шаня пожениться, может ли это быть слишком сложным? Хоть она и была уже немолода, но все же благодаря совершенствованию выглядела не старше двадцати пяти, да к тому же была богата и из уважаемой семьи. В то время как Да Шань по статусу был практически слугой и обладал серьезным изъяном. Вряд ли он найдет себе жену лучше, чем Бай Сюинь.
В итоге утренние сборы заняли намного больше времени, чем обычно, зато результат Бай Сюинь порадовал. Из медного зеркала на нее смотрела изящная женщина в красивом расшитом цветами по случаю весны бледно-красном ханьфу. Верхняя часть волос была заплетена в сложную прическу, украшенную заколкой с цветами сливы, а нижняя часть свободно струилась по спине до самой поясницы. Бай Сюинь придирчиво себя осмотрела со всех сторон и осталась довольна результатом. Словно она и правда собралась свататься.
Покинув свой павильон, она направилась в сторону гостевых домиков, стараясь идти медленнее. Еще не хватало, чтобы кто-то ее увидел и решил, что она спешит. К тому же было лишь раннее утро и, возможно, молодая госпожа Шао еще даже не встала. В любом случае Бай Сюинь собиралась предупредить Шао Цинмэй о своем отъезде, и в глубине души надеялась увидеть Да Шаня. Обзавестись мужем, который не только радует взгляд, но и прекрасно готовит, разве это не то же самое, что найти в обычной ракушке драгоценную жемчужину? Ну и что, что Да Шань небогат, денег Бай Сюинь хватит на двоих.
Внезапно она вспомнила еще одно имя – Чан Ян. Тот парень был очень похож на Да Шаня, но выглядел при этом намного моложе. На вид ему было не больше шестнадцати. Но если так Да Шань мог выглядеть в шестнадцать, то сейчас ему не могло быть девятнадцати. Он явно был старше. Бай Сюинь резко остановилась. Шао Цинмэй говорила, что о прошлом Да Шаня ничего не известно, а, значит, он и правда может быть старше. Конечно, они с Бай Сюинь не ровесники, но разница могла быть не столь значительна, как она думала изначально. Ее настроение с каждым шагом становилось все лучше, а мысли светлее. Словно солнечный лучик выглянул из-за туч, озаряя ее будущее.
После очередного поворота она вышла к гостевым домикам и увидела Да Шаня. Заметив старейшину Бай, он замер, глядя на нее без тени смущения, а потом вежливо поклонился. Бай Сюинь бы радоваться в этот момент, ведь обычно он игнорировал все правила приличия и никому не кланялся, но она не могла. Все ее радужные мысли разбились вдребезги об этот почтительный поклон. Так приветствуют своего наставника, а не возлюбленную. В его глазах было лишь уважение и ни капли страсти – совсем не похоже на горячий взгляд молодого Чан Яна. Не этого она хотела.
Бай Сюинь резко вернулась в реальность, словно прыгнула в озеро с ледяной водой. Она не сводила глаз с Да Шаня, который стоял с опущенной головой. Ему точно не было и двадцати, и разница между тем мальчишкой из сна и юношей перед ней была не в силе мышц и ширине плеч, а в лице. Этот Да Шань выглядел старше, потому что в его жизни что-то произошло, что навсегда его изменило. Его брови были слегка нахмурены, словно никогда не расслаблялись, а взгляд – отстраненным. Кажется, Шао Цинмэй что-то говорила про то, как он потерял семью в пожаре, и о кошмарах, что мучают его по ночам. А как она вообще об этом узнала? Они ведь не могли проводить ночи вместе. Или могли?
Бай Сюинь молча прошла мимо, направляясь к дому Шао Цинмэй. Стоило подумать об этих двоих, как внутри сразу начинала клокотать ярость. Разве Шао Цинмэй не будущая невеста Ван Чжэмина? Как она может держать при себе постороннего мужчину? Что за бесстыдство!
Когда Бай Сюинь постучала в гостевой дом молодой госпожи Шао, то уже накрутила себя до такого состояния, что готова была убить первого встречного за малейшую провинность. Дверь открыла сама Шао Цинмэй и тут же почтительно склонилась:
– Приветствую старейшину Бай! Я не ожидала увидеть вас у себя в столь ранний час. Но как хорошо, что вы пришли, я как раз собиралась вас искать!
– Что-то случилось? – Бай Сюинь инстинктивно почувствовала, что что-то не так.
– Да, ночью я получила письмо от брата. Вы должны его прочитать, – Шао Цинмэй поспешно вернулась в дом.
– Не думаю, что это будет уместно, – покачала головой Бай Сюинь, проходя следом. – Это дела вашей семьи.
– Но брат пишет о вас, – Шао Цинмэй взяла со стола распечатанное письмо и протянула Бай Сюинь.
Та аккуратно взяла его и начала читать. Из-за убийств молодых юношей и девушек по всему континенту Шао Цинлун требовал, чтобы его сестра срочно вернулась в орден Ледяной Звезды. Также он просил, чтобы старейшина Бай лично сопровождала молодую госпожу Шао в дороге.
