– Вы тянете время, чтобы я задержалась здесь подольше. Уверена: вы знали, что в лазарете его нет, но отправили меня туда. Рассчитывали, что я проникнусь жалостью и пойду убеждать главу моего ордена присоединиться к войне?
– Вы меня поймали, – рассмеялся левый страж и примирительно развел руками. – Была такая надежда: хоть вы и бессмертная, но ничто человеческое вам не чуждо. Видя, как страдает столько людей, как вы сможете просто забыть об этом?
– Не смогу, вы правы, – кивнула Бай Сюинь. – Но людям не обязательно страдать. Закончите войну. Просто сдайтесь, отдайте этот кусок мертвой земли государству Лэй, и все закончится. Мужчины смогут вернуться к своим семьям, и в стране наступит мир.
– Невозможно, – покачал головой левый страж, – мы не можем отступить.
– Полагаю, дело в нежелании Его Высочества третьего принца потерять расположение Императора, – сузила глаза Бай Сюинь.
Лицо левого стража дернулось и с него разом слетела все напускное дружелюбие:
– Я служу Его Высочеству и выполняю его приказы, а Его Высочество служит Императору. Думать иначе – измена.
– Что ж, в таком случае нам больше не о чем говорить, – Бай Сюинь поднялась из-за стола. – Если для вас благополучие одного человека важнее тысячи жизней, то не рассчитывайте на помощь Великих орденов. – Она посмотрела ему прямо в глаза и сказала, выделяя каждое слово: – Любая жизнь бесценна. Заклинатели защищают мир людей. Защищают жизнь каждого.
– А что насчет преступников? – тоже поднялся левый страж. – Их вы тоже защищаете?
– Человек, совершивший преступление, понесет наказание по закону. Но убивший убийцу сам становится убийцей. Кто-то убил ради денег, а вы – ради справедливости, но и он и вы отняли чужую жизнь – так уж ли важно, какая была причина, если вы оба стали убийцами?
– Если бы мы все жили в идеальном мире, я бы тоже верил во что-то столь возвышенное. Но в мире, в котором я живу, чаще всего надо убить, чтобы не быть убитым. И если враг приходит на твою территорию, то надо его уничтожить, потому что сдайся мы сейчас и завтра они уже встанут под стенами этой крепости, требуя большего. Мы живем в разных мирах, госпожа бессмертная, поэтому я не могу себе позволить такую благородную философию. Мне жаль, что ваши поиски ни к чему не привели, но больше я ничего не могу для вас сделать.
– Благодарю за труды, я уйду первая, – Бай Сюинь коротко поклонилась и вышла из павильона.
Оценив свои силы, она поняла, что не сможет использовать заклинание поиска: крепость была слишком велика, а людей слишком много. А в текущей ситуации до возвращения в орден старейшине Бай нельзя было использовать духовную энергию в больших количествах. Все, что она могла теперь себе позволить, – это лететь на мече, а не идти пешком, но даже так ей пришлось бы делать частые остановки.
Она пошла к казармам и начала расспрашивать встречных солдат о высоком немом мужчине, который прибыл в крепость около недели назад, но все только разводили руками. Солнце окончательно скрылось за стенами крепости, погрузив все во тьму, а Бай Сюинь так и не получила никакой информации. Вдоль каменных стен зажгли факелы, дозоры ходили туда-сюда, а солдаты отправились спать. Старейшина Бай бродила по опустевшим темным улицам, раздумывая, что делать дальше. Она решила рано утром отправиться в лазарет и расспросить там раненых: кто-то из них мог приехать вместе с Да Шанем и знать его. Поэтому она решила отправиться в буддийский храм, чтобы провести там ночь в медитации. Была только одна проблема – уже какое-то время за ней следили. Неизвестный прятался в темноте, но неотступно шел за ней. Бай Сюинь не знала, прислал ли его следить левый страж или это просто какой-то солдат, давно не видевший женщины, решил воспользоваться прикрытием ночи. Ускорив шаг, она резко свернула за угол, а потом, используя цигун, оттолкнулась от земли и запрыгнула на невысокую постройку. Когда следивший за ней человек оказался прямо под ней, растерянно вертя головой, старейшина Бай легко спрыгнула, оказавшись у него за спиной, и выхватила меч, прижав лезвие к его шее:
– Кто ты такой и зачем следишь за мной?
– Г-госпожа, – человек в панике поднял руки, показывая, что он безоружен, – у меня нет дурных намерений! Пощадите!
– Зачем шел за мной?
– Я просто хотел поговорить наедине. Но здесь везде есть уши. Хотел дождаться, пока мы окажемся одни.
– И о чем ты хотел поговорить?
– О человеке, которого вы ищете, – Бай Сюинь опустила меч, и ее пленный повернулся. Теперь она могла рассмотреть его рябое, испещренное оспинами лицо.
– Мое имя Го Шу, – представился человек, – я видел, как вы прилетели, и слышал, что вы ищете одного человека. Но здесь вы его не найдете.
– Левый страж мне уже об этом сказал, – смерила его ледяным взглядом Бай Сюинь. – Умер от полученных ран, а его тело сожгли.
– Он жив, – замотал головой Го Шу, – думаю, еще жив. Но его забрали.
– Кто забрал? – подалась вперед старейшина Бай.
– Люди третьего принца. Несколько молодых сильных мужчин забрали и увели из крепости. Об этом почти никто не знает, а кто и видел что, тот не расскажет.
