— Хорошо, — сказал я, пожав плечами. — Туда подскочу в восемь.
— Нет, приезжай пораньше в отдел, — проговорил он, выдержав паузу. — Сначала тут распишешься у меня в бумажках. Поедем на моей машине, быстро съездим, сдашь норматив.
— А чего так рано? В восемь?
— Потом я планёрку проводить буду, другого времени для тебя у меня нет.
— У вас? Целый врио начальника отдела лично будет принимать у меня физо? У вас там в кадрах куча народу, есть же инспектор отдельно по боевой и физической подготовке.
— Ты мне указывать еще будешь, Яровой, — хмурился новый начальник. — Я сам лично у тебя зачет приму, чтобы без поблажек. Понял? Если сфилонить вздумаешь, не выйдет. Завтра с утра — ко мне в кабинет.
— Хорошо, товарищ подполковник, — я кивнул, скрывая нарастающее подозрение. — Завтра буду у вас с утра.
— Давай, не опаздывай, — холодно усмехнулся он. — Иди уже.
И он снова дёрнул плечами, будто старался выпрямить и без того уже вытянутую чуть ли не как доска спину. Я повернулся, вышел из кабинета, закрыв за собой дверь.
«Странно всё это, — подумал я про себя, — уж слишком подозрительно все складывается. И место странное для сдачи норматива выбрал. Что-то здесь нечисто…»
Впрочем, я сразу отогнал ненужные мысли. Если это ловушка — я буду готов. Причём не только к бегу.
Утро выползало из-за горизонта тяжело, лениво и хмуро, будто само не хотело вставать и никак не могло окончательно прийти в себя. Ночью был дождь, и теперь на улицах города осталось много мутных луж, отражавших серые облака. Просыпаться совершенно не хотелось. Тело сопротивлялось, будто требуя дополнительного часа сна. Но я всё же поднялся пораньше, привычно заставляя себя встать и собраться.
Сегодня зачёт. И, возможно, не только он.
Сходил в общаговский душ, попереключал режим для контраста, чтобы взбодриться. Привёл себя в чувство, перекусил наскоро сделанными бутербродами с сыром, запил крепким черным чаем, накинул спортивный костюм, недавно купленный в популярном спортмаге. Кроссовки тоже новые, подобрал под олимпийку, чтобы выглядело всё гармонично, как будто собирался защищать честь страны на каких-то значимых соревнованиях.
Под олимпийку надел кобуру скрытого ношения, засунул туда свой верный, надёжный пистолет ИЖ, который теперь стал неотъемлемой частью моей повседневной жизни. В рюкзак кинул бутылку воды, наручники и на всякий случай ещё один запасной пистолет. Пока Валет ходит по этой земле, пока дышит и способен что-то предпринять, я всегда должен быть начеку. К этому я давно уже привык.
Приехал в отдел, как и договорено, пораньше, чтобы успеть расписаться у Зуева в каких-то бумагах. Он был уже на проходной и явно меня поджидал. Сам одет в старый спортивный костюм, помятый и непривычный, не в форменную одежду МВД. Увидев меня, кадровик нервно и быстро сказал:
— Поехали, там, на стадионе распишешься.
Я слегка удивился, но не возражал, кивнул и для виду поздоровался с ним чётко и вежливо, соблюдая субординацию и формальность момента. Пусть пока считает, что я ничего не подозреваю.
Вместе мы вышли из здания под удивлённый взгляд дежурного. Тот явно был не в курсе, куда это с самого утра врио начальника вдруг направился вместе с инспектором штаба, да ещё в таком виде, но спросить побоялся. Хотя Мордюкова дежурный всегда спрашивал, чтобы быть в курсе дел и доложить, если кто-то позвонит.
Но Зуев — не Морда.
Мы подошли к новой чёрной машине Зуева. Он плюхнулся за руль, стараясь выглядеть грозным и важным, но я сразу заметил, как подёргивались его руки, да и глаза бегали беспокойно, выдавая волнение и тревогу. Что это ты удумал, бумажная твоя душа?
Я же медленно обошёл машину, не садился сразу внутрь, а внимательно осмотрел салон через окна. Внутри было пусто, никого лишнего, ничего подозрительного. Затем подошёл к багажнику, открыл его, делая вид, что собираюсь туда просто закинуть свой рюкзак.
— Э! Зачем? Ты что там шаришься в багажнике? — резко кликнул меня Зуев, мгновенно обернувшись.
Как будто испугался чего-то — или того, что я там мог увидеть.
— Да я рюкзак просто хотел положить, — спокойно ответил я, не подавая виду и не выказывая подозрений.
— В салон его положишь! — буркнул кадровик, стараясь скрыть раздражение.
— Хорошо, хорошо, — крикнул я ему в ответ, захлопывая крышку, как будто и не успев её толком распахнуть.
Но про себя уже отметил и чётко запомнил то, что мельком увидел в багажнике машины. Портфель из дорогой кожи. Пухлый, будто набитый слитками золота или пачками денег.
А рядом с ним — пластиковые стяжки и рулон скотча. С таким комплектом явно не на физподготовку ездят.
Теперь стало ясно, что день сегодняшний приготовил мне не только норматив по бегу, но и куда более рискованные испытания.
Я спокойно сел на переднее сиденье рядом с Зуевым, а он всё нервно барабанил пальцами по рулю. Машина тронулась с места, направляясь в сторону заброшенного стадиона, а я мысленно уже готовился к схватке. Но кто же противник? Зуев — трус и очень хитрый, если он что и задумал, то в открытую против меня не пойдет….
