— Похоже, мы не единственные, кого судьба занесла в эту пустынную дыру, — я ухмыльнулся, глядя на паническое бегство толстяка. — И, кажется, здесь они успели наворотить дел ещё покруче, чем в Питере.
— Их нужно поймать? — спросила Зара, уже готовая ринуться в погоню.
— Плевать на них, — я поморщился. — У нас есть дела посерьёзнее. Консульство ждёт, а потом нужно возвращаться к Рашиду. Вот уж настоящая проблема, а не эти две питерские крысы.
Я мельком обернулся на процессию, которая уже двигалась дальше по улице. Тощий жулик продолжал сидеть на носилках, натянуто улыбаясь и делая вид, что всё идёт по плану, хотя по его роже было видно, что он вот-вот наложит в штаны.
«Ещё встретимся, придурки», — подумал я, поворачиваясь к консульству. — «И тогда придётся объяснить, какого чёрта вы здесь делаете».
— Идёмте, — поторопил я друзей. — Чем быстрее мы доберёмся до консульства, тем быстрее узнаем, чего от нас хотят.
Российское консульство выделялось среди аравийских построек как белая ворона. Двухэтажное здание с колоннами и имперским двуглавым орлом над входом казалось кусочком Петербурга, волшебным образом перенесённым в пески пустыни. Часовые у входа были одеты в форму, напоминающую одежду императорских гвардейцев, только из более лёгкой ткани.
— Выглядит внушительно, — заметил Филя, разглядывая здание. — Как маленький дворец среди этих глиняных домишек.
— Не преувеличивай, — фыркнула Рита. — Просто архитектура другая. К тому же, многие местные дворцы гораздо роскошнее.
Часовые подозрительно осмотрели нашу разношёрстную компанию, особенно насторожившись при виде Зары в её традиционной одежде. Но стоило мне показать письмо с имперской печатью, как их лица разгладились.
— Проходите, господа, — козырнул старший. — Вас ожидают.
Нас проводили в прохладную приёмную, где под потолком тихо покачивались длинные тканевые полотна, приводимые в движение скрытым механизмом и создающие лёгкий освежающий ветерок. Здесь нас встретил мужчина средних лет с аккуратно подстриженной бородкой и проницательными глазами.
— Константин Зимин, — представился он. — Вице-консул Российской империи в Аль-Джабале. Рад приветствовать вас, господа… и дамы, — он учтиво поклонился Рите и Заре.
— Благодарю за приглашение, — я кивнул. — Но, признаться, мы в некотором недоумении относительно причины вызова.
Зимин окинул нас оценивающим взглядом:
— Всему своё время, господин Вольский. — Он повернулся к Заре и добавил с вежливой, но твёрдой интонацией: — Прошу прощения, госпожа, но мы вынуждены попросить вас подождать здесь. Речь пойдёт о государственных делах Российской империи.
Зара напряглась, но быстро взяла себя в руки:
— Конечно, я понимаю, — она кивнула с достоинством. — Буду ждать своих новых друзей здесь.
— Я распоряжусь, чтобы о вас позаботились, — Зимин сделал знак слуге. — Прошу подать нашей гостье прохладительные напитки и угощения. — Он повернулся к нам: — Извольте следовать за мной. Наш разговор требует… некоторой приватности.
Зимин провёл нас через анфиладу комнат консульства. Вокруг всё напоминало о Петербурге — тяжёлые шторы, картины с Невой, письменные столы из тёмного дерева. Наконец, он завёл нас в кабинет без окон с толстыми дверями.
— Прошу прощения за необходимость такой секретности, господа, — Зимин закрыл дверь и предложил нам сесть. — В Аль-Джабале даже у стен есть уши, а после недавних событий в резиденции Фахима за вами наверняка установлена слежка.
Вице-консул открыл секретер и достал оттуда запечатанный конверт.
— Это вам, госпожа Давыдова, — он протянул конверт Рите. — От вашего отца.
Рита аккуратно сломала печать и развернула письмо. По мере чтения её лицо становилось всё серьёзнее. Дочитав до конца, она несколько секунд молчала, затем протянула листы мне.
Я взял письмо и начал читать.
