— Огонь! — снова отдал команду Илья, и теперь выстрелы достигли цели.
Как бы им сейчас пригодились вертолеты! У самих инквизиторов нет даже гранат. Патроны быстро закончились, и вся надежда только на союзников. Чудовище истекало кровью, и ревенант прыгнул ему на загривок. Может, не такой уж демон и бессмертный? Просто никто из людей не способен его убить?
— Все готово! — Экзорцисты отбежали от огромной пентаграммы, сосредоточивая силу для изгнания. Только как загнать в ее центр Молоха?
Илья оказался самым догадливым.
— В стороны! — Капитан схватил ближайшего к нему инквизитора, оттаскивая его за собой.
Максим понял все секундой позже, кляня свою нерасторопность и недогадливость.
Банши поднялась в воздух, зависая на одной линии с пентаграммой и демоном. Стена огня, посланная инферном в ее сторону, была отброшена назад. А за огнем последовал крик.
Теперь стало ясно, что срыв, случившийся с Катей в ее квартире, — это детские игры. Настоящий крик банши снес все, включая демона, который не мог сопротивляться страшной, оглушающей и разрушающей силе дочери смерти. Звук действовал как ударная волна, таща демона по направлению к пентаграмме. Теперь ни у кого не осталось сомнений, что Молох бессмертен, вряд ли кто-то мог бы выжить после подобной атаки. Крик банши замешан на волшбе, говорят, если прислушаться, можно различить в нем отдельные слова. Кое-кто вообще утверждает, что это песня. Песня смерти. Ее призыв, проклятие, страх и ужас заключены в страшном, уничтожающем все вокруг звуке. Но инферн не собирался подчиняться смерти. Его огонь против крика банши. И высший демон начал побеждать. Огонь прорвался сквозь защиту женщины, одежда на ней начала тлеть, волосы опалило, кожа покраснела. Если банши не справится с демоном — не справится никто.
В последний момент, когда крик банши уже почти затих, ревенант с силой врезался в Молоха, опрокидывая его на пентаграмму. Руки-мечи вошли в глотку, пригвоздив демона к асфальту. Но порождение Бездны не сдавалось, не желая возвращаться домой. Экзорцисты нараспев читали заклинания на латыни. Линии наполнялись силой, но ее слишком мало, чтобы загнать исчадие Бездны обратно. Ревенант держался, но демон начинал медленно подниматься, а его огонь вновь растекался по площади.
— Помоги мне!
Максим вздрогнул, оторвав взгляд от демона. Перед ним, едва не падая, стояла Катя. Не банши, а ведьма, правда, догадаться об этом можно только по ее ауре. Сейчас она живая… чуть живая, едва держащаяся на ногах, но точно не мертвая.
— Помоги дойти до пентаграммы, — тихо попросила женщина.
— Уверена?
Подходить вплотную к демону — форменное самоубийство.
— Абсолютно. Ваши явно не справляются.
С этим не поспоришь. Максим обнял ведьму и потащил ее к пентаграмме. Екатерина коснулась линий, засветившихся ярче, но ведьма — не банши, демону не соперник. А вот ведьма, владеющая кровавыми ритуалами…
Черная демоническая кровь, которую банши и ревенант успели изрядно выкачать из Молоха, ручьями вливается в рисунок на асфальте, напитывая его силой. Кровь людей, так щедро пролитая на этом поле брани, стекается сюда же. Вслед за кровью, будто по разлитому топливу, бежит огонь. Края кровавой пентаграммы смыкаются, и огненная стена взмывает вверх, образуя купол. За полупрозрачным мерцающими стенами видно, как поднимается ревенант, дотрагиваясь с внутренней стороны до чертежа, вливая в него и свою силу. Переливаясь всеми оттенками красного, огненный купол стремительно растет ввысь, разрезая сгустившиеся тучи. Зарево видно, наверное, с окраин столицы. Концентрация разных энергий такая, что разряды молний начинают проскальзывать сначала в самом куполе, а потом и рассекают пространство вокруг.
— Уходим! Макс, Катя! — Мартынов хотел схватить женщину, но Максим первый перекинул ее, неспособную идти, через плечо и побежал за остальными.
Каким-то чудом они успели выскочить за защитную стену, которую, к всеобщему счастью, до сих пор поддерживали. Но силу прогремевшего взрыва стена выдержала, правда, держащие ее инквизиторы едва успели дополнительно выставить личные щиты и тем самым спастись. Наверное, локальный ядерный взрыв в жестких рамках выглядел бы примерно так же. Сначала взрывная волна натыкается на стену, а затем поднимается по ней вверх и возвращается, срикошетив, в эпицентр.
Люди как завороженные наблюдали за невероятным зрелищем. Оранжевый столп света расширился, а затем вспыхнул и схлопнулся, рождая маленький ядерный гриб. Вслед за взрывом, будто в замедленной съемке, медленно-медленно накреняясь, рухнула Останкинская телебашня, каким-то чудом простоявшая до конца битвы. А за ней прямо на землю опустились и выжившие люди, принимавшие участие в изгнании демона, — хорошо, если пятая часть от зашедших за стену безопасности.
Очень хотелось верить, что все закончилось. И что это была самая страшная ночь за всю историю существования инквизиции в России.
