Николетта расправила руки и, обнимая море, наклонилась вперед, срываясь со стены. Кто-то схватил ее за талию и потащил назад. Николетта ударилась локтем о стену, когда попыталась вырваться, но, развернувшись, лишилась сразу всех сил, увидев Винченцо.
Он был в ярости и тряс ее, как куклу, когда кричал со слезами на глазах:
– Как ты могла, Николетта!!! Как ты могла!
Николетта не хотела с ним говорить, она уже хотела умереть, она решилась сгинуть в пропасти и вместо этого должна была отвечать ему. Но что она могла ему сказать?
Николетта оттолкнула его, не желая выслушивать его упреки. Винченцо схватил ее еще крепче и прижал к себе. Понимая, что ей не вырваться, Николетта крикнула:
– Оставь меня! Я не собираюсь тебе ничего объяснять! Пусть даже ты считаешь меня последней шлюхой, думай так, дай мне уйти!
– Как ты могла отказать мне только из-за этого? Как могла подумать, что я не пойму? Как могла допустить, чтобы мне об этом сказал кто-то другой? – он целовал ее лицо, и Николетта, сначала защищавшаяся от него, опасаясь, что он ударит ее, убрала руки и позволила Винченцо обнять себя крепче.
– Как ты могла, милая? Как могла причинить мне такую боль? Бедная моя Николетта! Неужели ты так сомневалась в моей любви? Как я могу оставить тебя, когда ты все, что есть у меня в этой жизни!
Вильям Уилфрид и Жоффруа де Сержин вбежали на стену и, увидев, что Винченцо держит Николетту, бросились к нему.
– Он душит ее! – крикнул Вильям де Сержину. Де Сержин, обладавший более зорким зрением, догнал Вильяма и схватил его за рукав:
– Пойдем, Вильям, он не душит, он ее целует. Мы с тобой здесь лишние.
Вильям присмотрелся и оскалился:
– Черт побери, я им чуть было все не испортил…
И два рыцаря, смеясь и шутя, отправились домой успокаивать донну и Катрин.
Через две недели в церкви cвятого Илии состоялось венчание Винченцо Доре и Николетты. Половина рукодельниц Акры села за плетение кружевного платья для девушки, которое заказала донна. Белое платье с широкими длинными рукавами, со шлейфом, который несла Мари, произвело впечатление на самых богатых дам, что присутствовали на свадьбе. Народу в церкви было много: все рыцари любили Винченцо Доре за его храбрость и прекрасные песни, поэтому даже знатные люди не пренебрегли возможностью прийти на праздник.
Скамьи были забиты людьми, молодые прошествовали к алтарю, где их ждали отец Джакомо и донна Анна. Венчал Николетту и Винченцо отец Филипп, потому что отец Джакомо не мог уже вести службы. Перед тем, как объявить жениха и невесту законными супругами, отец Филипп произнес небольшую речь:
– Господь одарил человека сердцем, способным любить, и умом, способным прощать. Если вы любите, вам легко простить друг друга, как бы тяжела ни была ваша обида. Господь устроил так, чтобы у каждого из нас в этой жизни был верный спутник. Но нужно заслужить любовь этого человека, и это возможно, лишь если вы проживете с ним долгие годы. Влюбленность проходит. Любовь и доверие остаются.
Господь создал брачные узы, чтобы объединять людей, брак – это символ союза, и кольца, что наденете вы на свои пальцы, будут символом вашего единения. Но запомните, дети мои, что есть браки, заключенные на небесах, и есть земные браки. Любовь при первом браке не умрет никогда, и вы будете черпать силы друг в друге и научитесь прощать. Любовь при земном браке может уйти со временем, и вы не сможете вернуть ее, а брак церковный предполагает единение на небесах, благословение Господне. Подумайте сейчас, готовы ли вы связать свои жизни воедино, верите ли вы в высшее назначение своего союза, сможете ли вы пройти рука об руку всю жизнь?
Донна Анна слушала уверенные «Да» жениха и невесты и думала о герцоге Бургундском.
Раздался колокольный звон, и юные супруги вышли из церкви на улицу, где их приветствовала толпа прихожан.
Донна устроила праздник в самой большой зале дома, нанятые служанки прислуживали молодым, Николетта впервые в жизни сидела во главе стола и принимала поздравления от гостей, звучала музыка, песни, танцы, шуты устраивали выступления, друзья говорили речи, и все тревоги и горести покинули ее сердце в один яркий момент праздника, и более она не вспоминала о них, словно их никогда не существовало.
Перерыв в военных действиях позволил рыцарям короля совершить паломничества по святым местам, они поклонялись реликвиям и местам, освященным чудесами и жизнью Иисуса Христа и святых апостолов. Посещали гору Фавор, где, по преданию, произошло преображение Иисуса, город Назарет, где Он родился, и другие не менее известные места паломничества. Мусульмане предложили Людовику посетить Иерусалим, обещая обеспечить его безопасность, но король отказался. Он был убежден, что только победа может открыть перед ним ворота этого святого и древнего города и что христианский монарх должен войти в него только как освободитель, а не гость.
