Жизнь в Деспере - огромном городе за каменными стенами била ключом. Как будто и не было здесь ужасного мора. Разве что совсем недавно всё было совершенно по-другому. Чума, горы трупов, костры, чадящие в небо сизым дымом, мухи и падальщики. Чумные доктора в жутких масках и больные черной смертью, умирающие в агонии. Падающая звезда привела его сюда. Её яркая головня словно указывала путь.
Он прибыл на Чёрный континент задолго до этого события, оставив дом и Ишчель в Старом Свете. Он, словно одержимый, рвался туда, где бушевала невиданная доселе болезнь, выкашивающая города и страны. По прибытию он был поражен и зачарован инфекцией. Спустя десятки бессонных ночей, он нашел лекарство. Когда удалось локализовать очаг болезни в одной стране, он отправлялся в другую. Затем - ещё в одну. И везде - зараза, расползающаяся в жарком климате, как огонь в сухом лесу.
Только здесь было не так. Эпидемия закончилась. А в воздухе было нечто эфемерное. Агрессия, страх, жадность - всё смешивалось в коктейль, предвещающий ещё более страшную пандемию. Войну. И Присутствие. Странное колющее ощущение в подкорке. Насколько он знал, никого из братьев здесь нет. На всякий случай, он окликнул их. Велер шатался по старому свету. Тотль - по Новому. Цогуа вообще был вне досягаемости его зова. И всё-таки...
Ллотр остался разобраться с этим вопросом. Остановиться и выдохнуть хотя бы на время. Пока люди по какой-то неведомой причине не начнут убивать друг друга.
На третий день пребывания здесь он развел камин в своей комнате. Уголь жарко полыхал, и длинные тени плясали на стенах. И когда он нащупал существо такое же древнее и такое же сильное, как и он сам, оно отозвалось:
- Ну, здравствуй, сладкий белый братик. Приходи ко мне завтра утром в "дом мечей" и мы славно поговорим...
Голос принадлежал женщине.
* * *
Они все невероятно его бесили. Напыщенные, дерзкие и смертные. Капитан этой лохани едва согласился взять его с собой. Старый, нечесаный старикан, проживший, видимо большую часть жизни на море, чем на суше и оттого тронувшийся головой. Он долго смотрел на незнакомца, щурясь своими водянистыми глазами, и Шаалак чувствовал, как тяжело в его голове перекатываются мысли и варианты развития событий. В конце концов, он плюнул себе под ноги коричневой от табака слюной, и сказал: Хорошо. Но, Шаалак чувствовал, что капитан не признает его за полноценного человека.
Даже матросы - и те ненавидели его. Они выделили ему гамак в трюме и деревянное ведро для нечистот. Кормёжка в сумму проезда не входила, хоть он и заплатил им парой золотых монет со стершимися от времени оборотами. Шаалак терпел такое обращение только потому, что в ближайшие несколько месяцев никто, кроме "мёртвой рыбы" не шел на черный континент. То ли капитан Вальд решил что-то перевезти, то ли наоборот. Шаалак понял только то, что чёрной смерти этот седой старик не боится. Или просто не представляет себе, что это такое.
- Капитану видать, водорослей в голову набилось, глянь какого страшного с собой взял...
- И не жрёт толком ничего, странный какой-то...
- Может, беглый невольник, гляди, как размалёван...
Шаалак слышал всё, что говорили, шептали или думали о нём матросы. Они ненавидели и боялись его одновременно. Лысый, мускулистый, с янтарными глазами и с татуировкой почти во всё тело, он мог быть уверен, что команда будет держаться от него на расстоянии. Страх будет довлеть над всеми чувствами, и они вряд-ли осмелятся предпринять что-то против него. Да и вряд-ли смогут серьезно ему навредить. Только вот у Шаалака были весьма конкретные мысли по поводу того, что ОН сделает с ними...
В конце второй недели, когда утихли штормы, и на горизонте замаячил берег, матросы подняли парус и убрали вёсла.
Они шли до самого заката, и на ночь встали на якорь всего в нескольких лигах от берега. Шаалак не спал. Он чувствовал, что немногочисленная команда собирается расходиться по каютам на отдых. Он вышел на палубу и вдохнул ночной ветер. На берегу ярко горело пламя огромного маяка, приглашая в тихую бухту. Где-то далеко, в пустынном городе - его сестра. Он вёз ей подарок. Прощальный дар перед тем, как съесть и поглотить её навсегда.
Сейчас он вспомнил о пауках, которые приносят своим самкам подарок, туго упакованный в паутину и листья. И пока самка разворачивает подарок - у самца есть время оплодотворить её. И, возможно, убежать, минуя, тем самым, гибели. "Я тоже принесу тебе подарочек. И пока ты будешь рассматривать его, я сам съем тебя, сестричка! Только я не паук. Я - Змей!"
Проклятый отправил его к сестре на помощь. Они снова говорили своими загадками: "Бери свиток - отправляйся к сестре, у неё кое-что есть для тебя."
У него, между прочим, тоже есть кое-что для них всех.
