Общее как метод отслеживания кодов, потоков и потенциальных «линий ускользания» также рассматривается в работах Антонио Негри, Майкла Хардта, Чезаре Казарино, Паоло Вирно и Маттео Пасквинелли, вдохновляющихся (пост-)
Хотя эти инновации расширили понятие общего за непредусмотренные горизонты финансового, когнитивного и коммуникативного капитализма, их анализ никак не повлиял на центральную роль человека как властителя над всем общим на Земле. Практика постчеловеческого общего требует постоянного стремления к созданию сети живых и механических взаимосвязей, остающихся невидимыми до установления общих отношений (Pasquinelli, 2008). Однако постчеловеческое общее, которое пронизывает материальное и нематериальное, органическое и технологическое, может пролить свет на структуры и отношения, поддерживающие доминирование западного гуманизма и традиционных форм управления (Papadopoulos, 2010). В своем диалогическом исследовании «Похвала общему» Чезаре Казарино и Негри рассматривают возможности «раскрытия» коллективной практики, или «общей природы социальной жизни». Но даже такая плодотворная возможность «раскрытия сама по себе – только половина дела: как только такое раскрытие вот-вот произойдет, фундаментальным вопросом становится поиск конкретной, адекватной исторической формы, посредством которой оно должно определить себя» (Casarino, Negri, 2008: 104). Эта функция коллективной практики подчеркивает способность практик общности искоренять существующие иерархические и антропоцентрические отношения.
В то время как инвестиции в коллективную политическую практику сами по себе могут быть истолкованы как неявное признание превосходства человека над общим, более утверждающее прочтение этой практики предполагает бесконечное множество нечеловеческих видов, сил и сущностей, которые совместно самоорганизуются для воспроизводства жизни и создания трансверсальных субъективностей в имманентных и непредсказуемых общих отношениях. Вместо того чтобы с самого начала исключать все не-человеческие материи и агентности, постчеловеческая коллективная практика могла бы помочь раскрыть общую природу гуманизма в социальной жизни, высвобождая как политические практики, так и сингулярные, ограниченные гуманистические субъективности для еще не познанных возможностей. Казарино и Негри делают двойной акцент на изучении преобразующих действий коллективной практики и на экспериментах с коллективными отношениями в поисках адекватной формы, устанавливающей базовую общность, на основе которой можно создать постчеловеческое общее будущего. Такое общее больше не будет ограничиваться материальным (вос)производством самой жизни, но включит в себя производство радикально новых способов трансверсальных субъективностей, порождающих и инклюзивных отношений общности и совершенно новых способов бытия-в-общем в мире и с миром (Read, 2011).
Формирующаяся концепция постчеловеческого общего – это то «обычное, повседневное слово», которое нашло «конкретную, адекватную историческую форму (формы)», соответствующую потребностям и вызовам нашей эпохи. Являясь сплавом межвидовых/трансматериальных социальных отношений, экологической интеграции и политической экономики, постчеловеческое общее активирует силы аффекта, индуцируемые процессом радикального производства концептов. Благодаря этому обновляющемуся источнику энергии сила и витальность постчеловеческих концепций общего позволят приумножить имманентные и воплощенные формы преобразующих практик и субъективностей. В этом смысле многие существующие общности уже можно рассматривать как выражение грядущей постчеловеческой политики, той, что продолжит внедрять новые постчеловеческие коллективные формы взаимоотношений, субъективности и политической практики (Dyer-Witheford, 2006). Эти характеристики перекликаются с концептом феминистки Брайдотти о «становлении постчеловеком», которое является:
