«Мы определенно движемся к обществам «контроля», которые больше не являются дисциплинарными в точном смысле слова. Фуко часто считают теоретиком дисциплинарных обществ и их основной технологии, заточения (не только в больницах и тюрьмах, но и в школах, на фабриках и в казармах). Но на самом деле он был одним из первых, кто сказал, что мы уходим от дисциплинарных обществ, мы уже оставили их позади. Мы движемся к обществам контроля, которые больше не действуют методом заточения людей, но посредством постоянного контроля и мгновенной коммуникации… Можно, конечно, увидеть, как каждый тип общества соответствует определенному типу машин: так, простым механическим машинам соответствуют суверенные общества, термодинамическим машинам – дисциплинарные общества, кибернетическим машинам и компьютерам – общества контроля. Но машины ничего не объясняют, вы должны проанализировать коллективные устройства, где машины выступают лишь одним из компонентов».
В своем знаменитом «Постскриптуме к обществам контроля» Делёз предвидел форму власти, которая основана уже не на производстве индивидов, а на модуляции
Придание слишком большого значения определению общества контроля может не оставить места для политического воображения и постчеловеческих траекторий. Делёз задавался вопросом о политических последствиях понятия биополитики Фуко: «не запер ли он себя в рамки отношений власти?» (Deleuze, 1988а: 94; 1998: 124). Собственно говоря, тот же вопрос можно было бы задать и Делёзу. Парадигма контроля (как она проявилась, например, в хайдеггеровском активизме «Тиккун») может быть легко трансформирована в парадигму виктимизации и виктимизирующего постгуманизма.
Как признает Венди Чун:
