— Очень коротко, — отозвался Чарльз. — Считается, что мир за последние сто лет развился настолько же, как и за предыдущие пять тысяч лет. В первую очередь это связано с революцией среднего класса, заставившей старый режим изменить стиль жизни — кровавый и иррациональный, сохранившийся со Средневековья и до недавних пор. Как бы там ни было, все средневековые паразиты хотели одного: вечно жрать. Возможно, они хотели жить чуть более комфортно, но не намерены были вкладывать в это ни единого пенни. Они были заинтересованы в прогрессе только тогда, когда он касался оружия, потому что нуждались в нем для войн, завоевательных и оборонительных. Воровство и эксплуатация были единственными способами обогащения. Поэтому пушка стала наиболее важным изобретением Средневековья. Это был самый убедительный довод королей.
— Вы говорите как Маркс.
— Маркс неправильно понял историю в плане необходимости и предопределенности. Но в целом его диагнозы совершенно верны. А вот решения катастрофичны. Однако же, возвращаясь к нашей теме, Дракула воспользовался возможностью и профинансировал Гутенберга. И тут история становится совершенно фантастической. Согласно официальной версии, поскольку денег ему катастрофически не хватало, Гутенберг обратился к человеку по имени Фуст, который занял ему восемьсот гульденов под шесть процентов. Поскольку первоначальный заем не покрыл расходы, Гутенберг занял у Фуста еще восемьсот, но Фуст стал его партнером и привел своего зятя Петера Шоффера. Чтобы вы могли представить себе значение этой суммы в те времена, я скажу вам: для того, чтобы построить ратушу в городе наподобие Майнца, нужно было потратить около двух сотен гульденов, так что Гутенберг на эти деньги мог купить восемь весьма приличных домов. Полагаю, конфликт на финансовой почве был неизбежен, на Гутенберга подали в суд, и он потерял все. Однако все же сумел напечатать сто восемьдесят библий.
— А что сказал по этому поводу человек с папкой?
— Наш друг с папкой, по всей видимости, был убежден, что это лишь официальная версия. На самом деле те, кого разоблачало послание Влада, вовремя узнали об этом и остановили публикацию. Именно поэтому они и отняли у Гутенберга его имущество и просмотрели почти все напечатанное. Согласно этой версии, Фуст был секретным агентом.
— Но чьим?
— Не знаю. Гость, явившийся в номер моего отеля, утверждал, что Влад выбрал священную книгу в качестве носителя своего послания и спрятал его именно внутри библий. У него был запасной план — на случай, если первый провалится. Вторая идея заключалась в том, чтобы напечатать зашифрованные данные об этом послании и распространить их как можно шире, а те библии, которые они с Гутенбергом сумели изготовить, пока отложить, чтобы перепечатывать их позднее, когда придет их время.
— А где Влад взял деньги на это?
— Браво! Я задал тот же вопрос, и наш друг с папкой поведал мне вот что. У турок был еще один пленник, в то же время, когда у них жил Влад, уже пожилой человек по имени Георгий Кастриоти из Круи, албанец. Поскольку он напоминал им Александра Великого, турки называли его Скандербегом или Искандер-беем; бей — это уважительная форма обращения у турок. В плену он принял ислам, и османы отправили его в Албанию в качестве заместителя паши. Но по возвращении домой он вновь принялся воевать с турками. Сейчас Скандербег — национальный герой Албании. Возможно, вы видели его портреты, на которых он всегда изображается с большой белой бородой и шлемом, увенчанным головой козла. В любом случае, наш друг заявил, что Влад отправился к Скандербегу, поговорил с ним о Гутенберге и убедил дать денег, чтобы профинансировать его труд. Влад отдал деньги Скандербега Гутенбергу, который потом лишился своего пресса, поэтому Владу пришлось вернуться к запасному плану. Соответственно, его послание было напечатано в одной-единственной библии. После этого мой информатор сообщил, что по пути из Майнца в Трансильванию будущий Колосажатель заехал во Флоренцию.
— Но вы что-то говорили о списке?
— Да. Считается, что послание содержит необычайно опасный список и что желающие скрыть эту информацию не остановятся ни перед чем.
— Но как пятьсот лет назад могли составить список людей, живущих сейчас?
— Возможно, это не список имен. Понятия не имею. Я знаю, это звучит абсурдно, но все загадки, с которыми я сталкивался, тоже казались такими на первый взгляд.
Поезд заметно замедлился и въехал на станцию Сигишоара. Криста вручила Чарльзу пистолет.
— Сейчас он вам нужнее. Я пойду на встречу с комиссаром. А вы оставайтесь в купе и заприте двери.
Высматривая комиссара, Криста размышляла над тем, не проявила ли она излишнюю поспешность, не слишком ли легко поддалась импульсу, который повелел ей схватить Чарльза и бежать вместе с ним. Поступи она иначе, возможно, румынский агент Поп остался бы жив. Не исключено, что Чарльз все равно выяснил бы, что ему нужно ехать в Прагу. Он мог бы забрать свой паспорт, отправиться в Клуж и сесть на самолет, который доставил бы его в Чешскую Республику.
