Я растерянно пожала плечами и продолжила мысль:
– Но это такое хрупкое ощущение, что я еще не могу полностью его осознать и боюсь потерять. Боюсь, что произойдет какой-то случай, и все мое вдохновение смоет как водой.
Гиэ подошел ближе и внимательно всмотрелся в мои глаза. Я открыто посмотрела на него и робко улыбнулась.
– Это ведь что-то должно значить?– нерешительно спросила я.
– Это очень много значит!– низким тоном ответил Гиэ и не сдержался, прикоснувшись к моему локтю.
Сейчас это выглядело так по-человечески тепло. И, возможно, стало самой мощной поддержкой. Какое-то мгновение Гиэ держал горячую ладонь на моем локте, но потом спешно отнял руку и опустил глаза, в которых я успела разглядеть чувство вины.
– Гиэ,– протянула я свою руку к нему, но не коснулась,– все хорошо, правда! Мне это было нужно! И это совсем ничего не значит с вашей точки зрения…– я смутилась, оттого что не могла донести смысла сказанного.– Ну… в общем, ты, наверное, меня понял… И я никому не скажу…
Гиэ коротко усмехнулся, выпрямившись, снова посмотрел в глаза.
– Я знаю, Кира. Идем в зал. Скоро подадут особые угощения.
– О-о,– положила я ладонь на живот,– я уже так объелась. Вряд ли что-то еще в меня влезет.
– Тогда хотя бы понюхаешь,– подмигнул он.
За весь прием я так звонко, долго и искренне не смеялась. Но все же осталась в саду, пообещав прийти в самый нужный момент.
Вдоль хрустального зала под «плакучими ивами» стояли ажурные скамьи, присев на одну из них, я вновь могла видеть танец «Розовых вуалей». Я уже начинала немного сожалеть, что не вняла предупреждениям Мэйка о высоте своего каблука. Но сейчас, присев и облокотившись на спинку скамьи, поняла, что это то, что требовалось для моих ног. Расслабив шею, я откинула голову назад и закрыла глаза. Сквозь веки я чувствовала, как плавно меняют яркость ночные фонари над садом. Прохладный воздух освежал голову и заставлял ощущать шелковую ткань платья всем телом. Я растерла теплыми ладонями бедра и колени и, открыв глаза, выпрямилась.
Сердце подпрыгнуло в груди, потому что за занавесом ветвей спиной ко мне стоял мужчина. И насколько я заметила, это был единственный на приеме мужчина в синем пиджаке – Райэл. Я не вскочила и не побежала прочь. Просто затихла и наблюдала за ним широко открытыми глазами.
Минуты шли, а он все стоял и стоял, будто ожидал чего-то. Я колебалась: то ли выйти из укрытия, то ли остаться на своем месте и подождать его ухода, потому что избежать встречи было бы невозможно. Я медлила, рассматривая его фигуру, широкие плечи, густые белоснежные волосы…
Какие противоречивые чувства он будил во мне. Я не могла сказать, что теперь он вызывал одно негативное отношение к себе. Нет. Но он не вызывал и симпатии, которую я испытывала ко всем новым знакомым, кто бы ни появлялся в поле моего зрения. Я часто украдкой наблюдала за Райэлом. Меня раздражал и поражал такой неоднозначный эмоциональный эффект, вызываемый этим мужчиной. Я уже не боялась его, но настороженность все еще присутствовала. Да и никуда не делось то странное ощущение его энергетики.
«Он вполне красив для мужчины своего возраста: надо же, только подумать – ему девяносто три года! Даже мама указала бы мне на эту дикую разницу. Но, да слава богу, ей об этом неизвестно… Да и что это я примеряю его к себе? Глупое воображение – живет своей жизнью…»
Стало сразу как-то грустно от нахлынувших воспоминаний о родителях, но я отмела тяжелые эмоции и продолжила думать: что все-таки так напрягает в появлении в моей жизни такого знакомого?
«Итак, внешне он вполне адекватен… Может, на этот раз я примирилась с ним точно? Рецидива не будет? Он не стал привлекательным для меня и все еще вызывает недоумение своей мощной энергетикой, но я больше не хочу войны между нами… Но всё как-то туго с перемирием… Так и хочется его уколоть…»
– Кира, выбирайтесь из своего укрытия,– вдруг произнес Райэл, и я вздрогнула от неожиданности.
Он все еще стоял ко мне спиной. Я набралась храбрости, поднялась, оправила платье, изобразила на лице непринужденное спокойствие и вышла на свет фонарей.
– Я не пряталась,– зачем-то оправдалась я, ожидая упреков за поведение в зале.
– Вы уединились,– констатировал Райэл, оборачиваясь ко мне.
В тени дерева его черты лица выглядели мягче, не такими суровыми, как мне всегда казалось. В глазах отражались огоньки от фонарей сада, и от этого они мерцали, как россыпь звезд на темном небе.
– Я отдыхала от впечатлений,– прямо сказала я.
– Так я и предположил,– ответил он и повернулся ко мне всем корпусом.
Я посмотрела за его спину – в зале снова танцевали. А он молчал и рассматривал меня.
– Ваши глаза…
– Что, мои глаза?– я тут же вернулась взглядом к лицу Райэла и перешла на шепот.
– Они сегодня особенного цвета…
– Такие же, как и всегда,– отчего-то смутилась я и отвела взгляд в сторону. С какой стати я смущаюсь?!
Молчание продолжилось, и я не понимала, что делаю здесь с ним.
– А это ничего, что мы с вами…
– Уединились?– вставил он.
Я не нашлась с ответом, но и его был неприемлем: слишком откровенно, и просто неопределенно кивнула.
