– Тогда ты должна попробовать один десерт, пока не съела что-то другое,– проговорил мужчина и потянулся к центру стола за маленьким шариком фисташкового цвета, похожего на морского ежа – сплошь в колючках.– Вот, это нужно пробовать исключительно на голодный желудок.
– Это точно можно есть?– усмехнулась я, принимая из рук Грэйна странную закуску.– А что это?
– Пробуй,– загадочно подмигнул Грэйн и приготовился внимательно следить за моей реакцией.
– Если ты будешь так смотреть, я подавлюсь,– хихикнула я, рассматривая колючки на шарике, хотя уже чувствовала, что они тают от пальцев и вовсе не острые.
Взяв это фисташковое чудо в рот, я стала активно жевать. И по мере того, как начала ощущать вкус, глаза округлились сами собой, и я довольно промычала с полным ртом:
– М-м-м, кок устно…
Грэйн не сдержал веселого смешка и потянулся еще за одной конфетой. Похоже, моя реакция ему понравилась.
А это действительно была конфета – марципановая с примесью какого-то фруктового вкуса. Я прожевала ее и облизала уголки губ. Тут же на ладонь легла еще одна, и я ностальгически улыбнулась. Эта сладость напомнила о доме, о Земле. Единственную необычную сладость, которую я могла себе позволить в то время, был марципан с сахаром. Николай всегда доставал мне на Новый год настоящую марципановую конфетку, ему привозил друг из Финляндии. Брат благородно объедал шоколад сверху, а всю начинку – колбаску в двести тринадцать граммов – отдавал мне, и вся семья умиленно-сочувственно следила, как я ее поедаю и млею от удовольствия.
Какие противоречивые чувства вызвало это воспоминание. В уголках глаз защипало от слез, но вспомнив, где нахожусь и имею уникальный макияж, я тут же усиленно заморгала и просушила глаза. Всего лишь на секунды выпала из реальности и так пробрало.
– Кира, что-то не так?– склонившись, заботливо спросил Грэйн.
– О-о, нет,– поспешила радостно ответить я, незачем ему было признаваться в том, что чувствую на самом деле.– Просто это напомнило о единственном десерте, который я могла есть со всеми и быть хоть немного похожей на них. Мне так многого было нельзя. А марципановые конфеты можно.
– Я знаю,– ободряюще ответил Грэйн.– Теперь ты можешь есть абсолютно всё.
– Да, теперь это просто чудо, что я могу есть всё…– я резко оборвала речь и подняла удивленные глаза на Грэйна.– Откуда ты знаешь?
«Неужели они обсуждали меня с Нэйей?»
Грэйн слегка отклонился и, скользя любующимся взглядом по моей прическе, лицу, тихо ответил:
– Это я работал с твоим геномом. Я создавал наниты, которые на молекулярном уровне работали с мутированными клетками. Наниты перекодировали твою ДНК, если говорить очень просто, то почистили твои гены, заложили новую программу развития, повысили клеточный иммунитет. Таким образом твой организм был обновлен и теперь синтезирует только здоровые клетки. Поэтому у тебя нет никаких аллергических реакций. Я просто вернул всё на свои места. Вернул клетку к ее начальному состоянию и дал ей ресурс делиться и развиваться правильно.
По телу пробежала легкая дрожь. Генная инженерия всегда была для меня мистической наукой, но то, что случилось со мной, и как все это было сделано, то, что передо мной стоял мужчина, сотворивший нечто невообразимое с моим телом, потрясло до глубины души.
Это смутило. В сознание хлынул поток самых противоположных эмоций. С одной стороны, я чувствовала, что во мне кто-то хорошо покопался, достал до самых ядер. А с другой – это было что-то из разряда магии: как по мановению руки я стала здоровой и могла наслаждаться жизнью.
«Следует ли опасаться, что за это я должна отдать душу? Похоже на дьявольский договор!»
Я снова вздрогнула, когда Грэйн слегка склонился ко мне и проговорил:
– Кира, я тебя напугал?
Отчего-то я сделала шаг назад и живо оценила свои физические ощущения. Нет, он не читал меня. Ниагара все еще изливала поток бурной воды в фоновом режиме.
– У меня что, на лице написано?– не отрицая, спросила я.
– Разве Нэйя тебе об этом не говорила?
– Конечно, говорила,– поспешно согласилась я, передергивая плечами от неприятного озноба,– просто тогда это звучало несколько иначе, а сейчас это так шокирует… То есть…
Я погладила напряженный лоб пальцами и задумалась: «А что, собственно, сейчас не так?»
–…конечно, и тогда это было не совсем обычно, но просто я не ожидала этого от тебя…
Меня вдруг осенило, и я вновь отпрянула.
– Ты видел меня в капсуле с водой?!
Ему и не нужно было отвечать. Я все поняла по тому, как он опустил глаза на мои губы и замялся на секунду. Но Грэйн все же произнес:
– Я первый увидел тебя… Тогда ты открыла глаза и посмотрела на меня так ясно, а потом коснулась рукой…
– Я была в одежде?..
Его взгляд был красноречивее слов, и я тут же всплеснула руками и нервно усмехнулась:
– Все ясно! А на всеобщее обозрение мое тело не транслировали?
– Кира,– негромко окликнул Грэйн, и в его глазах я прочитала тщательно скрываемое беспокойство.– Лучше было бы это скрыть от тебя?
