А затем он повернул голову к зеркалу и посмотрел точно в глаза моему отражению.
– Зачем нужно было действовать, как воры? Почему вы не спросили меня?– смутившись, продолжила я.
Он усмехнулся одним уголком губ.
– А вы бы поверили своим ушам?
– Нет, конечно, но можно было бы и попробовать,– упрямо настаивала я на своем, хотя прекрасно понимала, что он прав, и это злило еще сильнее.
– И вы бы согласились отбыть на неизвестную планету добровольно?
– Нет, разумеется!
– Тогда, о чем мы говорим, Кира?
– Вы могли бы вести переговоры длительное время,– предложила я вариант развития событий, и сама понимая его нелепость.
– И вы бы согласились?– снова спросил он, вопросительно изгибая одну бровь.
– Не сразу,– замешкалась с ответом я,– возможно…
– Вы сами отвечаете на свои вопросы, Кира,– снисходительно заметил он.
– Да, я посчитала бы вас сумасшедшими, но можно было бы предъявить какие-нибудь доказательства!– желая оставить последнее слово за собой, возразила я.
– Когда вы разговариваете с моим отражением, то чувствуете себя более уверенной, Кира?
Неожиданный вопрос поставил в тупик, и я медленно моргнула, а затем опустила глаза. Даже в животе слегка закололо от острого чувства досады. Я поморщилась и обняла себя за плечи.
Райэл, казалось, насмехался надо мной, стоял тут и издевался.
– Наш мир просто существует, и он не нуждается в доказательствах, Кира.
– А вам обязательно, каждый раз называть мое имя?!– раздраженно бросила я и, только сказав это, осознала, как это мелочно и капризно звучит. Ну, что за дурость?!
– Недавно вы обвиняли меня в невежливости,– усмехнулся Райэл.– Употребление имени при обращении – это одно из проявлений уважительного отношения. Вас раздражает ваше имя?
– Извините, я не то хотела сказать,– нелепо оправдалась я и замялась.
– Вас трудно понять, Кира.
– А как мне вас!– отчаянно вздохнула я.
Райэл некоторое время разглядывал меня, смущая молчанием и испытывающим вниманием. А я прятала глаза в сосредоточенном изучении своего браслета-коммуникатора.
– Ваше имя имеет странно-приятное звучание,– наконец заговорил Райэл, и пока до меня дошел смысл его слов, я подняла глаза, но уже никого рядом не обнаружила. И даже на секунду усомнилась, что вообще услышала это, а не придумала себе сама. Но в слуховые галлюцинации слабо верилось.
«Это был комплимент? Весьма сомнительный в данных обстоятельствах. Как у этого мужчины так получается – взбесить меня и смутить одновременно?»
Я вышла из зеркального круга, прошла несколько шагов и огляделась. Рядом были лишь «белоснежные» незнакомцы и незнакомки. И все они сразу ловили мой взгляд, на кого бы ни посмотрела. А кто не успел поприветствовать, выказывал такую честь. Я занервничала от столь пристального внимания и поспешила спрятаться за деревом в нескольких шагах наискосок на одинокой пустой скамьи. К тому же я едва держала свой щит. Нервная рассеянность влияла на воображение, и оно с трудом удерживало бушующий водопад.
«Надо же опять так сорваться! А ведь хотела просто извиниться!»– устроившись с ногами на скамье и обняв голени руками, укорила себя я.
Вскоре начало смеркаться. То тут, то там громадными светлячками стали загораться белые шары, освещая парк нежным светом. Один из таких шаров засветился прямо у меня над головой. Я расцепила пальцы и опустила ноги со скамьи на траву.
В этот момент я услышала голос Грэйна, приятно льющийся по всему саду. От желания вновь взглянуть на мужчину и понять сержусь ли я на него или просто смущена, встала со скамьи и, опираясь ладонью на гладкий ствол, выглянула из-за дерева.
– Каждый новый год мы преодолеваем новый путь к самим себе и во вселенную,– вещала его голография.– Нам есть чем гордиться и что дать друг другу, чтобы стать сильнее, совершеннее и двигаться к высшему пониманию бытия. Уверен, что впереди у нас еще много лет, полных радостных событий и открытий. Желаю вам, чтобы связь Тэсы с Тэсании крепла. Все мы питаем ее и питаемся ею одновременно. Этот процесс бесконечен, как вселенная. И нет ничего важнее как созидание энергетического единства разума и Тэсы, являющееся оплотом нашего бытия. Через погружение в недра биоэнергии мы обретаем новых себя и строим совершенное будущее… Мы давно научились достойно принимать свои ошибки, и я испытываю гордость, что мы не опускаем рук и не сбиваемся с пути. Но важно не предвидеть ошибки или не допускать их вовсе, а то, чтобы урок нес гораздо большую продуктивность, чем просто осознание того, что мы двигаемся в верном направлении…
И я заслушалась. Подспудно я понимала, о чем идет речь. Он говорил искренне и с надеждой. Впрочем, по обрывкам фраз других тэсанийцев, я не заметила особой удрученности положением их народа, они все выражали надежду и верили в лучшее. И насколько велика была их вера в свой народ и в будущее, несмотря на то что с каждым годом их становилось всё меньше и меньше… В груди защемило от жалости.
