Гиэ понимающе улыбнулся уголком губ. Но я бы предпочла, чтобы он просто обнял меня, как родной человек, и одно это уже подействовало бы исцеляюще. Однако он не мог. Это могла бы сделать Нэйя. Но не он.
– С каждым днем на Тэсании у тебя рождается столько новых, противоречивых чувств. Полагаю, это нормально,– мягко продолжил Гиэ.– Закономерность психологической адаптации. Постепенно мысли и чувства уложатся. И ты ни в коем случае не объект и не обезличенное существо. Просто сейчас ты несколько уязвима, беззащитна перед обстоятельствами своей новой жизни. Растерянность и дезориентация еще некоторое время будут твоими спутниками, как и злость, и гнев, и досада, и грусть. Но ведь ты не можешь сказать, что не испытываешь и ярких положительных эмоций, например, сегодня?
И снова Гиэ был прав. Я смиренно опустила плечи. Злость рассеялась. Гиэ поднялся и сделал шаг в сторону от скамьи.
– Гиэ, не уходи,– коснулась я его плеча пальцами, но тут же отдернула руку.– Прости…
Он только коротко кивнул, в его взгляде отразилось понимание того, что я делаю огромное усилие над собой, чтобы соблюдать их этикет.
– Тебе нужно выйти из тени,– вытянул руку мужчина, приглашая с собой.– Пойдем, я познакомлю тебя со своими коллегами. Просто наблюдай, слушай.
Я неуверенно поднялась, повернулась лицом к открытой площадке и выглянула из-за дерева.
– Только по одному, ладно?– тихо попросила я.– Я пока теряюсь.
Гиэ согласно кивнул и сделал несколько шагов вперед, ожидая, что я последую за ним.
Я пристроилась рядом, разгладила складки платья на корсете, задержав ладони на животе: внутри все сжалось от напряжения, и одновременно с Гиэ двинулась в направлении открытого пространства.
На меня уже не смотрели, как на дикарку, а только коротко улыбались и снова разглядывали.
– Гиэ, я все думала, анализировала,– задумчиво сказала я, медленно следуя рядом с мужчиной.– Почему так сложилась моя жизнь на Земле? Ведь я была нормальной, как многие другие. Ничем особым не отличалась, кроме как аллергией и внутренними органами. Но кто об этом знал? Медкарту при знакомстве я не предъявляла,– усмехнулась я.– Не сказать, что характер ужасный, я была милее многих, если объективно говорить. До сих пор не могу понять, почему в моей жизни там ничего не складывалось, и всем, кто сближался со мной, было трудно. А здесь я не изгой, но и не своя. Это что, рок какой-то?
– Могу сказать только одно,– повернулся Гиэ и мягко улыбнулся,– ты прекрасна и… нетерпелива.
От ответа психоадаптолога я даже замерла, глупо хлопая тяжелыми ресницами, но потом, когда намек на мою невнимательность к его предыдущим словам и, безусловно, нетерпеливость достиг цели, тихо рассмеялась.
– Улыбайся, тебе очень идет, Кира,– произнес Грэйн, неожиданно оказавшийся по левую руку от меня.
Не переставая улыбаться, я оглянулась на него и смущенно опустила глаза, потому что не смогла долго выдержать его прямой искренне-любующийся взгляд.
– Это правда,– подтвердил Гиэ и подмигнул, а затем предложил:– Грэйн, познакомь Киру со своим учеником – Тиу.
А затем Гиэ откланялся и незаметно устранился.
Я невольно коснулась челки и провела пальцами по краю плетения. Когда мы вновь встретились с Грэйном после моего побега и уединения, я уже немного отошла и смягчилась, потому что поняла, что слишком буквально и узко воспринимаю информацию. Грэйн ведь не хотел меня обидеть. Да и кто здесь лгал мне? Я не припоминала ни одного случая. Поэтому, подумав о том, что либо всё вокруг было одной большой ложью, либо дело было во мне, я склонилась ко второму мнению. В этом тоже не было ничего дурного.
«Я научусь понимать этот мир… Когда-нибудь…»
Грэйн продолжал смотреть на меня, и на его губах играла мягкая улыбка. Я изобразила непринужденность и перевела взгляд на приглашенных в Розовый сад, чтобы перебить волнение, от которого увлажнились ладони.
– Здесь столько медицинских работников! У вас, наверное, нет болезней, чем же все они занимаются?
– У нас есть болезни, но мы нашли способ расшифровывать геном и изымать поврежденные клетки либо вносить коррективы. Все медицинские сотрудники – в основном исследователи. Мы непрерывно ищем возможность продлить жизнь, особенно нэйад. А также ищем решение задачи наиболее частого зачатия, чем это происходит в данный период времени. Мы все взаимосвязаны с Департаментом биоэнергетики, служим одной цели.
– Все стремятся к бессмертию,– заключила я.– А я не представляю, как смогу прожить здесь даже сто лет, не говоря уже о трехстах. Это же несколько жизней!
– Но ты ведь не представляешь, что покинешь Тэсанию через сорок лет?– улыбнулся Грэйн.
Я сосредоточенно размышляла минуту, а потом выразительно вскинула брови и засмеялась:
– Нет, я не готова умереть через сорок лет! Это всего ничего!
– Тогда ты будешь жить о-очень долго!– понизил голос до полушепота Грэйн и даже склонился чуть ближе, чем я могла бы ожидать.
Выдержав паузу и подавив желание посмотреть в его пленительные глаза, я слегка склонила голову набок.
– А это разрешено – так откровенно любоваться женщинами?– перейдя на шепот, смело спросила я у Грэйна.
