В ожидании лифта они смотрели в окно, на двор внизу. Глубокое снежное одеяло было размечено единственной линией следов, бегущих мимо статуи. Вид на Лондон был прекрасен, даже там, где виднелось световое загрязнение в низкой гряде облаков, светившихся оранжево-серым.
– Я удивлена, что Дорин так долго здесь продержалась. Столько воспоминаний, – сказала Кейт.
– У нее, похоже, не было выбора, – ответил Тристан, – и до этого момента она была в ловушке обстоятельств. Может быть, выигрыш в лотерею – карма, награда за все ее страдания.
– Я не верю в карму. Если бы она в самом деле существовала, Питер Конуэй давно бы умер.
Наконец-то прибыл лифт, и Кейт с Тристаном поспешили внутрь, чтобы их не сбило с ног порывом ветра. Когда они вышли из «Виктория-Хаус», облака расступились, выплыла луна, большая и бледная, и залила снежный пейзаж почти волшебным сиянием.
– Сходим куда-нибудь поужинать? – спросил Тристан.
– Не знаю. Ты голодный?
– Нет. Просто хочу где-нибудь посидеть, выпить кофе или чего-то покрепче. Поговорить о том, что сегодня узнали. И мне не хочется возвращаться в квартиру. Там так холодно и неуютно.
– Понимаю. Слишком пусто и вместе с тем слишком много звуков. Я не видела соседей, но постоянно слышу по ночам шорохи и скрипы.
– Вы слишком долго прожили одна в пустом доме.
– Там я тоже слышу скрипы, но я к ним привыкла. Это
Самый прямой путь обратно пролегал через Панкрас-роуд. Там было оживленно и светло, офисы и магазины еще были открыты, в окнах горел свет. «Старбакс», бывший «Рейнольдс», был набит битком, компания девочек-подростков болтала и смеялась, сидя у окна. Когда Кейт и Тристан приблизились к «Кувшину», прекрасный яркий заснеженный пейзаж на месте, где когда-то пролегала пустая и опасная дорога, показался им почти нереальным. Тристан остановился, заглянул в большое панорамное окно, которого не было на фотографиях восемьдесят восьмого года.
– Что скажете? По-моему, это заведение не хуже любого другого.
– Ну, давай заглянем.
«Кувшин» недавно отремонтировали, и там было очень много народа. Кейт задумалась, всегда ли его планировка напоминала склад, или его перестроили, убрав внутренние стены и переделав потолок. Несколько кабинок располагались вдоль окон. За стойкой тянулись полки, заставленные подсвеченными емкостями с алкоголем, на углу барной стойки громоздилось большое серебряное ведро, полное бутылок шампанского.
Мимо них промчалась официантка с двумя длинными деревянными подносами, на которых лежали запеченный бри с хлебом и оливками, устрицы во льду и нож для чистки.
– Сейчас вас обслужу, – сказала она Кейт и Тристану, вынужденная маневрировать между ними.
Они заняли последнюю свободную кабинку у окна. Кейт заказала имбирный чай с медом и лимоном, а Тристан – крафтовое пиво и немного чипсов. В ресторан вошла компания офисных работников – несколько мужчин и две женщины в красивых, явно дорогих брючных костюмах. Глядя на них, Кейт, в джинсах, джемпере и старом пальто, почувствовала себя неловко. Это была глупая мысль, если учитывать, какие темы они недавно обсуждали, и Кейт отмахнулась от нее.
– Интересно, где находилась игра «Космические захватчики»? – спросила Кейт.
– Максин сказала, что тоже видела Питера Конуэя здесь, в пабе, примерно в то время, когда исчезла Джейни. Она уже четвертый человек, который это утверждает, после Томаса Блэка, Роберта Дрисколла и Форреста, – сказал Тристан.
– Ей я верю больше всех. У нее нет причин врать о том, что она его видела.
– В девяносто пятом году, когда вы арестовали Питера Конуэя, Максин была в Америке. По словам Бетти, она устроилась в этот свой летний лагерь, когда ей было восемнадцать или девятнадцать. Нам нужно перепроверить информацию: если двенадцать ей было в восемьдесят восьмом, то девятнадцать – в девяносто пятом.
Все та же замученная официантка принесла им напитки, поставила на стол и торопливо ушла. Кейт сняла крышку с чайника, помешала чай. Зазвонил телефон, и она увидела, что это звонок по фейстайму от Вари Кэмпбелл. Ответив на звонок, Кейт увидела Варю в вестибюле отеля курортного типа с потрясающим видом на море, сверкающее под солнцем. На ней была футболка и солнцезащитные очки. Люди в шортах и майках сновали туда-сюда.
– А, вы тут оба, отлично. – Варя наклонилась ближе к камере.
– Где ты? – спросила Кейт.
– В Сент-Люсии, в отеле «Четыре сезона». Муж запретил мне работать до конца путешествия, но мне необходимо было с вами связаться. Слушайте. Экспертиза только что сделала анализ образца крови, несколько капель которой были найдены в трубе за газетным киоском. ДНК этой крови совпадает с ДНК Джейни. Ее красный шарф по-прежнему находится в хранилище улик. Это все, что у нас есть по Джейни, – официальный образец ее крови найден в базе данных. Я хочу получить образец ДНК матери, просто чтобы окончательно все подтвердить, но в принципе я уже и так почти пришла к выводу.
– Выходит, что Джейни была в этой трубе или достаточно близко, чтобы ее кровь попала на внутреннюю часть трубы, – сказала Кейт.
