Что это значило, Кейт понятия не имела. Но Кент она позвонит потом. А пока надо разобраться с Крикет.
Крикет ответила после двух гудков:
– Наконец-то, Кейт! От тебя одни неприятности, ты даже представить не можешь какие. Ты уже едешь назад или хочешь, чтобы я сама приехала и увезла вас?
Кейт ожидала услышать нечто подобное. И все равно гневный голос Крикет застал ее врасплох.
– Неприятности? – спросила она. – О чем вы?
– После переезда вас ждала съемочная группа! Ты хоть читала мою записку?
– Нет, вашей записки я не читала, – ответила Кейт, нахмурив брови. – Зачем была нужна съемочная группа?
– А затем, что для нашего агентства мы снимаем новый рекламный ролик. Первый сегодня уже показывали.
Кейт замолчала. Она присела на квадратный столбик.
– Но это еще не все. Я говорила, что у меня большие планы, и я хотела обсудить их с тобой, а ты взяла и уехала! Кто так делает, скажи на милость?
«Кто так делает? – подумала Кейт. – Тот, кто не хочет участвовать в больших планах Крикет, вот кто».
– Я наконец принимаю вызов. Я выдвигаю свою кандидатуру на выборах в конгресс. Моя команда несколько месяцев назад решила, что серия новых рекламных роликов, посвященных недвижимости, станет прекрасным способом снова появиться перед публикой. Только на этот раз с тобой и с Девин. «Вперед и дальше» вместе со мной. После смерти Мэтта я получила много отзывов с соболезнованиями от людей, которым очень нравились мои прежние ролики. Им хотелось узнать о нем больше. Как он жил, чем занимался. И мы все это покажем. Прекрасная дань памяти ему. Многие вспомнят о нем… и обо мне тоже.
Молчание.
– Кейт?..
Кейт никак не могла привыкнуть к обыденному тону Крикет, когда речь заходила о Мэтте. Ее рана давно зарубцевалась. Крикет похоронила сына, когда он женился на Кейт. Именно потому всего через несколько месяцев после его смерти Крикет спокойно избавилась от одежды сына. Не осталось ни одной вещи. Кейт не препятствовала, даже помогала свекрови, иногда только делала паузу, чтобы рассказать историю какой-нибудь рубашки или пары обуви. Крикет это не понравилось, и она сказала, что справится без ее помощи. Тогда-то у Кейт и мелькнула мысль, что Крикет ревнует ее к сыну – матери было обидно, что невестка знает о его жизни гораздо больше ее. Спасти от большой чистки Кейт удалось только одну футболку Мэтта, с изображением мотылька, – она спрятала ее среди своих вещей в сумке с шитьем.
– Так вот вы чем занимались весь этот год! Готовились баллотироваться в конгресс? – наконец проговорила Кейт.
Потрясающая новость. Кейт всегда знала, что свекровь – женщина скрытная, но она не представляла масштаба ее секретов.
– Вовсе нет. Я помогала вам с Девин пережить трудное время, – произнесла Крикет так, словно снималась в рекламном ролике.
– Но вы же об этом знали? Почему ничего не говорили? Весь год я ни в чем вам не перечила, Крикет. Зачем же вы решили взять да огорошить меня в последнюю минуту?
Крикет изумленно хмыкнула.
– Я продала твой дом за сумму, скажу тебе откровенно, гораздо бо́льшую, чем он стоит, устроила твою дочь в частную школу… еще я позволила тебе жить в моем доме, предоставила тебе работу – еще бы ты перечила!
– Ничего этого мне не нужно, – громко сказала Кейт, и призрачные девы на озере насторожились. – И я не хочу участвовать в кампании. Мэтту никогда не пришло бы в голову, что эти новые ролики станут прекрасной данью памяти о нем. Это было бы ему неприятно. Он ни за что не согласился бы, чтобы в них снималась его дочь. Вы об этом когда-нибудь думали?
– Кейт, ты серьезно хочешь поговорить начистоту? – Крикет произнесла это легко, словно одним движением вынула меч из ножен. – Мы ведь обе с тобой знаем, что счастье дочери не всегда было у тебя на первом месте.
Вот этого Кейт боялась больше всего. Крикет припомнила ей случай с ножницами. Кейт давно ждала этого. И теперь, когда слова сказаны, она вдруг перестала бояться, словно все осталось в прошлой жизни. И почему ее это так пугало? Почему она боялась признать свое горе? Крикет свое закупорила, дожидаясь минуты, чтобы выпустить его на телеэкран, но Кейт вовсе не должна делать то же самое.
– Вы знаете, мне теперь очень неловко, что я не позвонила вам сразу, ведь вы, наверное, о нас беспокоились.
– В общем-то, да, Кейт, конечно, беспокоилась, – сказала Крикет, стараясь говорить как можно мягче.
– Моя двоюродная бабушка продает пансионат «Потерянное озеро», и ей нужна моя помощь, тут очень много проблем. Я сообщу, когда мы с Девин решим вернуться. Через пару недель позвоню.
Кейт дала отбой. Крикет немедленно снова ей позвонила. Кейт отвечать не стала, вышла в Интернет и поискала новый рекламный ролик об агентстве недвижимости «Ферис реалти». Найти его было нетрудно.
