– Но ведь там город, а значит они тоже там, – промолвила Санни и сильнее сжала руку Виспера.
– Да, я знаю, но мы должны попасть туда. Если верить информации из терминала – это какой–то научно–исследовательский центр, занимавшийся разработкой систем защиты. Там могло остаться очень много полезных сведений и техники. К тому же нам нужно хорошее убежище. Мы не можем идти вечно и прятаться.
– Но там они! Мы ищем убежище в самом логове…
– Иногда чтобы выжить нужно идти на риск. К тому же там могли остаться выжившие.
Санни охватила тревога. Она вздрагивала каждый раз от мысли о звероподобных. Да, действительно, в любом заброшенном городе жили тысячи дикарей, и чем больше их там было, тем опаснее и озлобленнее они становились.
Целый день потерянные шли навстречу городу-призраку. Теперь Сайлент вел Санни, а Ники и Виспер разведывали территорию впереди. Под вечер они наткнулись на пару домиков у самой городской черты. Воздух сделался затхлым. Он становился таким каждый раз, когда потерянные приближались к городам. Это был запах смерти и упадка, техногенного и биологического разложения.
Потерянные приближались к зданию научного центра. Уже можно было увидеть разбитые окна, большие круглые антенны, торчащие со всех сторон. Над городом царила зловещая тишина, но потом на небе появились тучи, и раскаты грома раздались вдалеке.
Виспер и Сайлент исследовали брошенные домики, в которых сохранилось немало полезных вещей: аккумуляторные батареи, фонари, кухонная утварь, электроприборы, которые можно разобрать на запчасти, одежда, как мужская, так и женская, немного медикаментов. В одном из домов даже еда.
Виспер поймал Ники за жадным пожиранием сухого печенья. Сначала мужчина хотел отобрать еду и отчитать за то, что Ники не делится с остальными, но, когда увидел полчища муравьев, облепивших всю пачку печенья, отдал обратно.
В первые дни после пробуждения Висперу и Сайленту приходилось есть все, что попадалось на пути, но сейчас они уже могли делать запасы, добывать более качественную пищу, готовить ее и не бояться расстройства желудка. Ники был не таким осмотрительным. Он мог поймать голубя и съесть вместе с перьями. Когда Ники страдал от несварения и тошноты, Сайлент насильно вливал ему в глотку раствор из марганцовки, а иногда и антибиотики, чтобы прочистить желудок. Для Ники это было настоящим мучением. Он верещал, будто ему наживую вырывают печень. Сайлент же с абсолютно равнодушным лицом сжимал его глотку мощной рукой и вливал целебный раствор. Когда все заканчивалось, Ники даже благодарил Сайлента за то, что он делал. Долго скакал возле него, пытался выпытать еще одну порцию чудодейственного зелья. Такое впечатление, что очистка желудка вызывала у Ники какое-то извращенное удовольствие.
В одном из домиков Виспер нашел удобную двуспальную кровать и крепкую дверь, закрывающуюся на засов. Этот дом для потерянных стал идеальным убежищем на ночь. На двуспальной кровати в спальне Санни устроилась между Виспером и Сайлентом. Ники скромно улегся на полу, как верный сторожевой пес.
Темнота и уют быстро сомкнули глаза потерянных, но среди ночи раздался бешеный крик Ники. Виспер вскочил с кровати, включив фонарь. Ники бился о стены и орал:
– Нет! Мы не виноваты! Мы не хотели! Это не наша вина!
Виспер схватил человекоподобное существо и прижал к полу:
– Что случилось? Чего ты орешь?
– Мы не хотели! – верещал Ники. – Нам приказали! Мы не хотели!
В ушах Виспера голос Ники впервые оказался не таким как обычно. Он был осмысленным, поддающимся логике. Снаружи что-то заскрежетало. Сайлент схватил винтовку и прижался к двери. Снаружи послышались чьи-то тихие шаги. Виспер посмотрел на Сайлента.
– Звероподобный уже вломился бы, – сказал он тихо.
Санни тем временем прильнула к Ники и пыталась успокоить. Он что-то несвязно бормотал, безучастно шаря глазами по полу. Санни никогда не испытывала такой брезгливости к Ники, как Сайлент и Виспер. Может потому что она никогда его не видела, а может жалела это существо. Хотя Ники был звероподобным, Санни любила его, всегда относилась к нему снисходительно и с добротой. Она не видела в нем изуродованную противную тварь, какими представлялись ей другие звероподобные.
– Что с ним? – спросил Виспер, осветив их, сидящих в обнимку на полу.
– Кошмар, – тихо ответила Санни. – У меня бывало такое раньше. Ему страшно.
Ники вздрагивал и всхлипывал, словно маленький ребенок, но вскоре уснул. Чтобы не мешать остальным, Виспер сел в дальний угол комнаты и при свете фонаря вновь открыл свою книгу. Санни наощупь подползла к нему.
– Ты теперь не заснешь? – спросила она.
– Пока нет, – ответил Виспер. – Я хочу еще немного пописать.
– Я тоже не усну, – сказала Санни и прильнула к Висперу. – Что он видел, Висп? Ты слышал, что он кричал?
– Не знаю, – ответил Виспер. – Он кричал что-то несуразное. Мне показалось, к нему на секунду вернулся разум.
– Он мог видеть во сне прошлое?
– Это возможно. Однажды я видел сны две ночи подряд. В них были незнакомые мне люди, но такое впечатление, что я их знал во сне, и они знали меня.