— Убирайся, — ответил Левмир.
Пальцы вонзились в плечо, стальной взгляд сковал волю.
— Слушай меня, сопляк, — прошипел Эмарис. — Со всеми твоими претензиями разберемся позже, когда выйдешь оттуда живым. А теперь взял меч и слушай внимательно. Ты очень быстр, но они очень хорошие бойцы. Скорость и сила — все, на что ты можешь рассчитывать. Будешь бить — бей насмерть, не вздумай сдерживаться. Никаких поединков, крутись, как юла. Чтобы у тебя не было иллюзий, подумай вот о чем. Здесь тело побежденного достается победившей стороне. Угадай, что они сделают с обезглавленным трупом, когда поймут, кто ты такой? Это я к тому, что собирать тебя по кусочкам и поить кровью с ложечки никто не станет. Поражение — смерть. Усвоил?
Левмир принял меч. Кивнул, с трудом отводя взгляд.
— Ну и с чего ты взялся мне помогать?
Эмарис закрыл глаза, будто с трудом заставляя непослушные слова выбираться на волю.
— Мы — вампиры, — сказал он. — А вокруг — люди. Хватит такого объяснения? Старайся бить в горло острием. В этом преимущество меча, в отличие от сабли.
От речи Эмариса на сердце стало только тяжелее. Левмир повернулся к Торатису и как раз застал окончание разговора. Айри ткнула пальцем в грудь отца:
— Если он умрет — я убью того, кто нанесет удар. А потом — тебя. И твоих драгоценных воинов — столько, сколько сумею.
— Я тебе в этом помогу, — сказал Эмарис, хмуро глядя на Торатиса. — Князь помнит наш уговор.
— Уговор? — вскинулся Торатис. — Уговор — не вмешивать вампиров в наши дела? А как насчет войны с Западом? Разве такой поворот не дает мне…
— Такого поворота в уговоре не было, — отрезал Эмарис. — Лишь только в голову тебе пришла эта мысль, ты должен был поговорить со мной, а не действовать в обход. Благодари Солнце и Реку, что твоя дочь оказалась мудрее. А теперь хватит разговоров. Пора начинать бой.
Все замолчали. Ощущая на себя взгляды десятков, если не сотен глаз, Левмир медленно стащил ножны с клинка, бросил их на землю. Меч, показавшийся легким после увесистого палаша, сверкнул в лучах набирающего силу солнца. Простая деревянная рукоять, ухватистая, на одну ладонь. Левмир сделал несколько взмахов, прислушиваясь к свисту воздуха. Чемпионы Бинвира засмеялись. Видимо, настоящий боец махал бы мечом как-то иначе. Левмир почувствовал, что краснеет. Глупое желание — обидеться, бросить меч и уйти с гордо поднятой головой.
— Левмир! — послышался голос Эмариса.
Обернулся.
— Ты идешь, чтобы победить. Запомни.
Кивнул. Бросил взгляд на Айри. Какая же она бледная, ладонь лежит на рукояти сабли. Левмир заставил себя улыбнуться и получил в ответ чуть заметное дрожание губ.
Пора.
Расстояние, казавшееся огромным, стремительно сокращается. С каждым шагом страх сильнее, лица чемпионов — злые, насмешливые — все отчетливей. Как же избавиться от дрожи в руках и коленях? Очень просто. Раз — и сердце не бьется. Будто холодной водой окатило. В голове ясно, а страх забился куда-то в самый уголок сознания и дрожит там.
Остановившись в пяти шагах от вытянувшихся в цепочку чемпионов, Левмир одарил их улыбкой.
— Ты зачем себе зубы заточил, придурок? — усмехнулся тот, что стоял напротив. — Напугать думал?
— Нет, — сказал Левмир, наслаждаясь чистым, ровным звучанием своего голоса. — Если бы хотел напугать — сделал бы вот так.
Взмах рукой, — и перед чемпионом взметнулось зеленое пламя. Рыцари прянули в разные стороны.
— Колдун! — крикнул один.
— Режь скота!
Левмир поднял меч против рыцаря, бегущего первым. В шею, или в раскрытое забрало… Но нет, никак не получится, чемпион уже наносит удар. Слева — тоже опасность. Левмир прыгнул, и чемпионы, задрав головы, проводили его взглядами. Приземлился ближе к стану Бинвира, песчаная почва полетела из-под ног. Глаза разбегаются. Десять противников, двигаются быстро, рассыпались по ристалищу и окружают. Один отстал от остальных, и Левмир выбрал его. Еще один прыжок, закончившийся в шаге от рыцаря. Безумный, испуганный взгляд сквозь прорези забрала — для него-то Левмир просто исчез и появился рядом.
Меч рванулся вперед, метя в прорезь. Рука уже готовилась ощутить сопротивление плоти, но в последний миг чемпион наклонил голову, и острие чиркнуло по гладкому шлему. Палаш обрушился сверху вниз, Левмир нырнул под него. Сталь просвистела над головой. Замах. Сильный, но бесполезный удар — лезвие меча с гулким грохотом врезалось в металлический бок чемпиона. Издав стон, рыцарь упал. На доспехе появилась вмятина.
«Никаких поединков», — вспомнилось наставление Эмариса.
Разворот, и лицом к лицу с другим чемпионом. Длинный палаш поднимается снизу, метя разрубить пополам. Что есть силы Левмир ударил по нему мечом. И меч переломился.
Когда Левмира окружили, Айри обнажила меч. Он дрожал в руке, трясся, как лист на ветру, и Айри понятия не имела, сможет ли совладать с руками, когда придет время. Время убить отца.
Торатис стоит рядом, хмуро глядя на битву. Почувствовав взгляд Айри, он убрал руку с эфеса, сжал кулак. Лицо его стало бледным, и Айри задрожала еще сильнее.
