Лишь теперь княжна поняла, что на глазах у сотен людей обнимает и целует практически не знакомого человека. На глазах отца, который только что пытался убить не то его, не то себя. На глазах воинов, которые сегодня же распустят столько невероятных слухов, что к вечеру ими переполнится город. На глазах Бинвира, брак с сыном которого мог положить конец вековой вражде и создать могучий альянс. Дыхание сперло, слова застряли в горле, и Айри толкнула Левмира. А он, выстоявший против десятка чемпионов, упал рядом с мечом. Схватился за его рукоять, пытаясь удержаться. Щеки красные, в глазах недоумение. Да и сама Айри выглядит не лучше.
Окончательно перерубив связующую нить, между ними тяжелым шагом прошествовал князь. Ни Айри, ни Левмир не удостоились взгляда.
— Бинвир! — крикнул Торатис. — Я хочу, чтобы ты ушел и забыл о деревне. Твое слово слышали все. Будь мужчиной и прими поражение.
Бинвир сплюнул, на этот раз в сторону моря, а не Торатиса.
— Выставил колдуна и напоминаешь мне о чести?
— Хочешь битвы? — развел руками Торатис.
Еще один плевок. Бинвир отвернулся, махнул рукой.
— Уходим, — сказал воинам. — Ноги нашей не будет на проклятых землях, где князья сватают дочерей за колдунов.
Торатис медленно повернулся. Айри встретила и выдержала его взгляд, хотя сердце едва не разносило ребра в куски.
— Таков твой выбор?
Айри повернулась, глядя на своих рыцарей. Обычно они срывались с мест и неслись поздравлять победившего чемпиона, но сейчас спускался только Эмарис. Остальные застыли, глядя на Левмира полными ужаса глазами. Победа оказалась с привкусом гнили. Будто нечестная, будто за нее придется расплачиваться.
— Я задал вопрос! — Торатис заговорил громче. — Ты сделала выбор?
Глядя в его налитые кровью глаза, Айри сказала:
— Да.
Левмир крутил головой, ничего не понимая, до тех пор, пока в ухо не вцепились холодные пальцы.
— А ну-ка пойдем побеседуем, — тихо сказал Эмарис.
— О чем? — Встав на ноги, Левмир оттолкнул руку вампира.
— Считаешь, не найдем интересной темы?
Две белые лошади стояли неподалеку. Левмир пошел к ним. Эмарис задержался, чтобы выдернуть меч из земли.
— Я буду ждать, — тихо сказала Айри, когда Левмир проходил мимо. Он сбился с шага и кивнул.
Сон вновь выдался тревожным. Череда неясных образов, глаза Левмира горят алым огнем. Почему-то привиделся даже отец. Но перед самым пробуждением все затмил образ Айри. Ее смуглое лицо — последнее, что увидела Ирабиль.
— Вставай. — Кастилос потряс за плечо. — Опять слезы?
— Отстань, — проворчала И, отвернувшись. Прижала к глазам одеяло.
Матрас качнулся — Кастилос сел на край. Его рука вновь опустилась принцессе на плечо, теперь не требуя, но утешая.
— Он придет.
— Откуда ты знаешь? — поморщилась Ирабиль.
— Иначе быть не может. Почему
Ирабиль повернулась на спину. «Кошмар какой-то», — подумала, глядя на участливое лицо Кастилоса. Сидит тут, будто отец. Да и отец нечасто позволял себе такое. Она могла по пальцам пересчитать подобные случаи.
— Ты ведь тоже видишь? — спросила Ирабиль, борясь с желанием схватить Кастилоса за руку.
— Иногда, — кивнул он. — Мы все теперь связаны.
— А ты видишь там… Айри?
Кастилос покачал головой.
— Кто это?
— Не знаю. Какая-то девушка. Она очень сильная, но несчастная. Я видела ее лицо, видела… Ее портрет.
Последнее Ирабиль произнесла совершенно упавшим голосом. Да, портрет — вот что еще запомнилось из беспорядочного сна. Карандашный рисунок, сделанный такой знакомой рукой.
— Ты ведь спала. — Рука Кастилоса коснулась ладони принцессы, И сжала пальцы. — Не все, происходящее во сне, — правда. Вспомни, что ради тебя пережил Левмир. А ты ради него? Думаешь, он не ценит этого? Я не могу представить такой силы, что сможет его задержать, особенно теперь, когда он — вечный. Ну пускай там есть какая-то Айри. Что с того? Он вернется к тебе в любом случае. Такие как он не прячутся. Дошедший до Алой Реки не отступит.
Уголки губ принцессы слегка приподнялись, глаза заблестели.
— Ну, вот и молодец. — Высвободив руку, Кастилос щелкнул И по носу. — А теперь давай, собирайся, солнце скоро сядет.
Через городскую стену перебрались тайком. Без предупреждения Кастилос обхватил принцессу за талию одной рукой и прыгнул. Ветер свистнул в ушах, голова пошла кругом. Только оказавшись на земле, И вскрикнула.
Проводив взглядом заходящее солнце, Кастилос повернулся к Ирабиль.
— Начнем.
Сначала было интересно, потом — смешно. А через пару часов принцесса выбилась из сил, выполняя все новые приказы.
— Попробуй задержать дыхание на выдохе, — сказал Кастилос, когда И шлепнулась ему на руки с высокой ветки дерева, на которую он ее забросил.
— Будь я вампиром, раны бы так и так заживали, — принялась капризничать Ирабиль. — Ну остановлю я сердце, ну умру… Понятно, от меня только проблемы сейчас…
— Не смей так говорить, — перебил Кастилос. — Мне плевать, вампир ты, человек или телега с одним колесом. Этот путь мы проходим вместе, таков мой выбор. Изволь его уважать.
Махнув рукой, И уселась в траву. Усталый задумчивый взгляд остановился на набухающей луне.
