Рун сидел у окошка, подшивая подкладку у куртки. Всё какое-то полезное занятие. Куртка в общем-то пока не особо и прохудилась, но ежели вовремя не подлатаешь наметившиеся прорехи, потом расползутся, и шить придётся на порядки больше. Лала спала чуть поодаль. Её лежанка, как и всё в избе, после волшебства преобразилась - красивая богато расшитая подушечка, тёплое покрытое узорами одеялко, вместо старой тряпичной подстилки тонкая мягкая белоснежная перинка. Прежде чем лечь, Лала немало времени провела в объятьях. Вроде бы и успокоилась, но всё равно счастья ни в одном глазу. Зато и чрезмерная горесть от неё ушла. Даже грустная улыбка нет-нет, да и озаряла уста. В конце концов её разморило, голова стала клониться, Рун, заметив это, предложил ей пойти подремать, и она согласно кивнула. С тех пор не один час уж миновал. Сначала он держал её за ручку, и она улыбалась от этого, ему было приятно, что она рада ему в своих снах. Но потом она перевернулась на другой бочок, пришлось её отпустить.
Пока шил, Рун всё размышлял, как же помочь Лале вернуться домой. Когда ты крестьянин и ни в чём ни сведущ, какой от тебя прок в подобных делах? Никакого. Если она тут останется на месяцы, теперь, при отсутствии нужды работать в огороде, что если месяц её и прообнимать? Может тогда ей хватит магии развеять проклятие самостоятельно? Станет она достаточно могущественной? Зная Лалу и её страсть колдовать, навряд ли. Есть сомнения, что она сумеет накопить, всё равно потратит куда-нибудь. Сколько уж обнимались, и где та магия? Ну и обниматься месяц наверное будет тяжело даже для неё. Живые хотят жить, что-то видеть, что-то делать, узнавать. Не получится. В общем, думай не думай, надежда только на кого-то ещё. На мага, на барона. На короля. Но это не повод расстраиваться, чувствовать себя беспомощным или бесполезным. Надо помогать ей от души всем, чем способен. Если она будет счастлива с ним, этого достаточно.
Лала зашевелилась. Повернулась в его сторону. Уставилась на него, с доброй грустинкой в глазах.
- Проснулась, милая? - улыбнулся он ей.
- Проснулась, - тихо промолвила она.
- Ну как ты? Полегче тебе?
- Немножко легче.
- Хочешь, обниму? И буду держать до самого девичника, - предложил Рун. - А то как ты там веселиться будешь с таким настроением? Надо тебе его исправить. Срочно.
- Только и ищет повод, чтобы меня обнять, - с деланным осуждением буркнула Лала.
- Надо же мне извлечь пользу из твоего бедственного положения, - шутливо заметил он.
Личико Лалы совсем просветлело.
- Лучше ты иди ко мне, Рун, - позвала она, одарив его ироничным взглядом. - Приляг хоть на минутку. Перинка мягенькая.
- Искусительница, - усмехнулся он. - Никак нельзя, любовь моя.
- И почему же, заинька? Бабушки кажется нет.
- Вдруг придёт.
- А мы её не пустим.
- Вот так фея! - подивился Рун со смехом.
Лала тоже рассмеялась.
- Рун, я страдаю, - сказала она. - Соверши подвиг ради несчастной дамы.
- Есть разница, стоя обниматься или лёжа?
- Есть, милый. Хочу вспомнить былые денёчки. И ночечки. В лесу. Как это было. И чтоб ты на подвиг пошёл великий. Али ты не мой рыцарь?
- Ох, Лала, подведёшь ты нас под монастырь, - вздохнул Рун.
Он подошёл к лежанке. Лала быстро подвинулась. Он улёгся. Она тут же прижалась, положила голову ему на плечо, расцветя счастливой умиротворённой улыбкой.
- Как же хорошо, - произнесла она довольно. - Ты уютный. Соскучилась по этому.
- Если тебе так легче, то я рад, - Рун приобнял её.
- Гораздо легче, милый.
- Я, Лала, не знаю, чем тебе помочь, - признался он с сожалением. - До деревни я тебя довёл, с магом познакомил. Кажется это всё, что я могу. Если только приворотное зелье на мне испытать. Ты вроде подумывала. Я готов, если что. Испытывай. Ты можешь его изготовить?
- Я? - удивилась Лала. - Я нет. Я надеялась, у вас тут кто есть. Ворожея какая-нибудь. Или ведунья.
- Ведунья имеется одна. Но умеет ли она такое или нет… Я сомневаюсь, что умеет, - промолвил Рун.
- Давай подождём, мой котёнок, несколько денёчков. Ежели вестей не будет от дедушки Будая, начнём думать, что делать далее, - предложила Лала, сияя.
- Быстро ты в этот раз впала в счастье, - порадовался Рун, глядя на её жизнерадостное личико. - Я боялся, что опять тебя не проймут. Мои объятья.
- Вот видишь. Всего-то надо было просто прилечь, - весело сказала она.
Неожиданно послышался звук открывающейся задней двери. Рун кубарем выкатился с лежанки, вскочил на ноги. Лала села, с испуганными глазками.
- Батюшки вы мои! - донёсся до них растерянный голос бабули.
Рун быстрым шагом направился в заднюю комнату. Бабушка сидела прямо на полу, с видом изумлённого младенца осматривая новую обстановку.
- Что это, сынок? - пролепетала она заплетающимся языком.
- Лала наколдовала, - мягко пояснил он. - Бабуль, ну не в первый же раз чудеса, привыкнуть пора. Вставай.
Старушка послушалась. Он помог ей подняться. Тут подлетела и Лала.
- Бабушка Ида, ну что вы, - улыбнулась она с теплотой. - Не пугайтесь. Это доброе волшебство. Я хочу чтоб мы все в красивеньком жили. Так же приятнее, правда?
Бабуля вздохнула.
