– Доказательство того, что вы соврали. Только хорошие, настоящие музы могут безболезненно пить из источника. В отличие от остальных бастардов Книрила. Источник отличает добро от зла. И двое из вас являются теми, кого мы особенно ненавидим. Воровки! – Она тяжелыми шагами подошла к нам, а другие окружали нас все плотнее и плотнее. Лэнсбери закрыл меня спиной, но главная стерва опустила его и Тию, которые загораживали нас с Эммой, на колени. Она развернула голову Лэнсбери в мою сторону и голову Тии в сторону Эммы.
– Вы вообще знаете, кому улыбаетесь? Один поцелуй, и они украдут ваши идеи, мечты и желания. Они разрушат ваши жизни, если вступят в них. – Она грубо отпустила обоих, и голова Лэнсбери гневно проследовала за ней.
– В чем, черт побери, ваша проблема? – закричала Тия и сделала шаг вперед.
– Из-за таких бастардов, как вы, мы привязаны заклинанием к единственному миру, нашему, – громом прогремел голос главной стервы. – Уже на протяжении столетия мы не можем покидать наш мир. Из-за малюсенькой ошибки, в которую вы нас втянули! Все благодаря вашим преобразователям. Наша собственная мать обернулась против нас, и все из-за вас. – Стерва высказывалась в порыве гнева, а ее сестры соглашались с ней. О чем, черт побери, они говорили? У меня закружилась голова.
На нас ругались со всех сторон. Только Эрато держалась в стороне.
И Талия. Мое сердце на секунду замерло, когда мы встретились с ней взглядами.
Она уставилась мне прямо в глаза. Затем медленно перевела глаза на Лэнсбери, только сейчас ей удалось узнать нас.
Она распахнула глаза и показала на меня.
– Это она! Малу! – завизжала Талия, чтобы перекричать своих сестер. Моментально стало тихо, и все обратили внимание на меня. Лэнсбери встал передо мной. Вот мы и попались. Но вместо того чтобы продолжать кричать или наступать на меня, музы лишь зло сверкали глазами. По их лицам прокатилась ухмылка, от которой мне стало ужасно страшно. Она свидетельствовала о чистой ненависти.
– Значит, это ты Малу, – протянула главная стерва.
Ну серьезно, разве никто другой не умел говорить? Она жутко действовала мне на нервы. Мой пульс ускорился, и я была вынуждена заставить себя дышать ровнее. Иначе я бы просто поддалась инстинкту и убежала.
– Как здорово иметь возможность познакомиться с тобой. У Талии почти получилось сделать так, чтобы мы больше не встретились, прежде…
– Полигимния! – зашипела Талия, тем самым заставив стерву замолчать. Та захихикала и отмахнулась.
– Извини, я чуть все не испортила. Но твой небольшой диспут с Мельпоменой был совсем ненужным, ты же знаешь сама, не так ли? – сказала главная стерва Подлогимния и ехидно улыбнулась. – Мельпомена украла у Талии убийство в парке. Подло, не находишь? Тем не менее ей приглянулся плющ. Но Талия не любит проигрывать, поэтому она чуть не совершила глупость и чуть не убила тебя. Но эту случайность мы могли использовать и в качестве преимущества. – Я не понимала, к чему она клонила, но на ссору между сестрами мне было абсолютно все равно. Имела значение лишь ее оговорка в начале.
– Прежде чем что? – переспросила я. – Чего именно вы хотели добиться, совершая убийства? – Больше не было смысла вести себя сдержанно. Кота вытащили из мешка, теперь мы могли позволить ему немного побегать по лужайке.
– Все тебе расскажи, – ругалась Полигимния.
Я закипала от гнева. Вот они, стояли передо мной, не скрывая, что причастны к убийствам, а я не могла ничего сделать, лишь позволяла издеваться над собой.
– Совсем скоро ты узнаешь об этом, – проворчала муза слева.
– Скоро, очень скоро произойдет трагедия! – запела другая во все горло. Они все сошли с ума? Впервые после того дня, когда Талия стреляла в меня, я снова боялась за свою жизнь. Удастся ли нам покинуть это место живыми? Неужели Тии, Эмме и Лэнсбери придется поплатиться за меня? Я этого никогда не простила бы той стерве. Только через мой труп я подпустила бы их к друзьям. Я сделала шаг вперед. Лэнсбери отпустил меня, я чувствовала его и его тепло за спиной. Он был здесь ради меня, поэтому будь что будет.
– Слушайте, если у вас какие-то проблемы из-за меня, то это наше с вами дело. За что вы расправляетесь с невинными людьми? – набросилась я на муз.
Они засмеялись. Это было самое ужасное, что я когда-либо слышала.
– Ты такая эгоистка, маленькая Малу. Вы думаете, все дело только в ней. Похоже, у тебя все-таки есть что-то общее с отцом, – предположила Талия.
Я вдохнула.
– При чем здесь мой отец?
– При всем и ни при чем, – прошептала одна из муз.
Я снова хотела закричать на муз, как вдруг над горой громом прогремел голос, от которого мы все, включая муз, вздрогнули.
– Мнеи! – Последние слоги пропали, и музы обернулись, широко раскрыв глаза. Они расступились перед грациозной женщиной в белой тоге, которая энергичным шагом приближалась к нам. Она обладала великолепной внешностью и излучала магию, от которой мои губы закололо. Она проигнорировала нас и посмотрела по очереди на каждую музу.
