— Да, — Брайер кивнул и подбросил в костёр пару сухих веток. — А знаете, мне снилась моя фея, — он произнёс это без обычного веселья, как-то задумчиво, и очень задумчиво смотрел в костёр. — Она снова пела мне… ту самую песню… А потом поцеловала и сказала, что мы навсегда будем вместе.
Я фыркнула и закрыла глаза. Потому что даже после излечения волшебным образом мозги кое у кого на место не встали.
— Наверное, она приходила ко мне, — продолжал колдун. — Почувствовала, что мне плохо.
Плохо сейчас было мне — от этих слов. Хотя… на что я надеялась? Что колдун за сутки позабудет о той, которая снилась ему сто лет? Наивная.
— Пойду, умоюсь, — сказала я, поднимаясь и возвращая жилетку Стефану.
— Речка вон там, — указал мне Брайер. — Берег песчаный, спустишься легко. Но далеко не забредай, Крошка. Даём тебе четверть часа, потом идём искать. И кто не спрятался, — тут уголки его губ лукаво задёргались, — я не виноват.
Я сделала пару шагов, когда Стефан сказал — громко и отчётливо:
— На самом деле, это я пел вам вчера, мастер. А поцеловала вас госпожа Маринетта.
— Что? — переспросил Брайер, помолчав.
— Похоже, у её высочества неплохие колдовские способности, — спокойно произнёс Стефан. — И явный талант в волшебном целительстве.
Я собиралась сохранить гордое королевское достоинство и удалиться к реке, но не смогла и уставилась на Брайера, ожидая, что он ответит. Пожалуй, я была больше колдуна удивлена заявлением Стефана по поводу моего явного таланта, но хотелось услышать слова благодарности и удивления от кое-кого, кто только и умел, что зубоскалить по поводу и без повода.
И мы со Стефаном их услышали.
Пару секунд Брайер разглядывал румяные тушки рыбы, снял их с огня, переложил на лист лопуха, как на большую тарелку, а потом посмотрел на нас со Стефаном и воодушевлённо сказал:
— Спасибо, ребята! От души спасибо! Я рад, что ты спел, а Крошка поцеловала. Потому что если бы было наоборот, и это ты бы меня поцеловал, сопляк, я бы точно помер.
— Очень остроумно, — похвалила я колдуна ледяным тоном и пошла к реке.
— Подождите, госпожа Маринетта, — остановил меня Стефан и повернулся к Брайеру с самым непримиримым видом. — Это — не благодарность. Девушка использовала целительную магию, и мне кажется, мастер, вы прекрасно понимаете, что это значит. Попробуйте поблагодарить ещё раз. Немного по-другому. Считайте это приказом.
Приказом? Студент решил приказывать вот этому вот столетнему колдуну-мальчишке?
Я чуть не расхохоталась, но Спящий красавец почему-то не спешил вставать на дыбы.
Парни буравили друг друга взглядами, а потом Брайер произнёс сквозь зубы:
— Почему это ты решил, что можешь мне приказывать? Кому было сказано увести Крошку в безопасное место? Ты увёл? Это ты
— А короля Эдмунда вы по какой причине взгрели? — насмешливо спросил Стефан.
— Принца Эдмунда, — поправил его Брайер. — Потому что он был заносчивый, спесивый хлюст. Но после взбучки даже подобрел, и даже начал приятно разговаривать.
— Так, стоп, — я забыла про речку и прочие дела. — По-моему, я чего-то не понимаю. Какой Эдмунд? При чем тут короли и принцы? И имей в виду, — я ткнула пальцем в сторону колдуна, — это я по собственному желанию не увелась в безопасное место. Потому что я — человек со свободной волей, и есть люди, в отличие от тебя, которые мою волю уважают.
— Даже не сомневался, что вы найдете с ним, — Спящий красавец мотнул головой в сторону Стефана, — общий язык. Ведь прекрасные принцы всегда тянутся к прекрасным принцессам.
Что-то в его тоне мне совсем не понравилось, но додумать мысль я не успела, потому что Брайер вскочил и раскланялся перед Стефаном с преувеличенной почтительностью.
— Позволь представить тебе, Крошка… — сказал колдун, дурачась, но как-то странно дурачась — без обычного задора, как раньше. — О, простите, ваше высочество Маринетта Виктория Шарлен! Позвольте представить вам наследного принца Швабена! Мы знаем его под именем Стефана Вильера, так он нам представился, но подозреваю, что тронное имя у него другое, которое он до времени скрыл от нас. Он ведь такой скрытный
— Не скрыл, — спокойно поправил его Стефан. — В отличие от вас, мастер, я представился вам настоящим именем.
— И это так благородно! — восхитился Брайер. — Но принцы — они ведь всегда благородны и правдивы, это закон природы.
Стефан не успел ответить на очередную колкость, потому что я его перебила.
— Так, — сказала я мрачно, перебросив распущенные волосы с груди на спину. — Если сейчас вы мне всё нормально не объясните, я вам обоим синяков наставлю.
- Принцессе драться некрасиво, — продолжал паясничать колдун. — Фу, госпожа Маринетта! Как вы можете даже угрожать этим?
— С тебя и начну, — пообещала я ему.
— Ладно, не кипи, — Брайер отбросил дурашливый тон. — Тут всё серьезно, на самом деле. Вот этот юноша, — он повел рукой в сторону Стефана, — наследный принц. То есть, его папа сейчас на троне. Король Эдмунд, если я не ошибаюсь.
— Не ошибаетесь, — отозвался Стефан. — Как вы догадались, мастер?
