Мой день был расписан буквально по минутам.
С утреца после завтрака я немного рисовала картинки. Затем шла к Аре Бубур на попрыгушки. После попрыгушек, когда я валялась на полу, Вдовствующая Императрица нажуживала мне в высушенные мозги бальный этикет: что как одевать, где стоять, на кого и как глазеть, чего вкушать и чего нельзя. После этого наступал обед. После обеда Ара Элеонора отчего-то с часик водила меня по дворцу и подробно рассказывала, как что устроено и кто что делает. Я вежливо кивала и пихала Агора. Агор кивал и медленно наворачивал Ару Элеонору к ближайшему спуску к мастерской. Потом мы оказывались в салоне и тут-то начинался праздник!
Я не зря назвала свою мастерскую салоном. По сути, он салоном и был. Женским. Ибо с утра до вечера в нем заседали фрейлины, Таттара Таттам, Ройза, Ара Альва и кто-то еще. Ары освоились тут окончательно и, рассевшись по софам, жужжали с утра до вечера. Агор мученически вжимался в угол и страдал. Ройза блаженно занимала креслице и вязала, штопала, шила, красила. Потом к нам спускалась Ара Элеонора, и мы уже известной компанией раскрашивали картинки для дальнейшей дистрибуции.
В этот раз всё было почти что также. За одним маленьким исключением. Стоило мне опустить свои седалищные нервы в кресло, как из маленького окошка на мою голову опустилось что-то отнюдь немаленькое.
— Ух, — сказало немаленькое.
— Ух, — поздоровалась я.
— Ух, — вежливо отозвались фрейлины и вернулись к своим разговорам.
— Сопик, — спросила я немаленькое, — что ты тут делаешь?
В ответ Сопик вытянул лапку и отдал мне письмо.
— О, — воскликнула я, — это же от Ара Кранта!
Вжух! Вылетел в окно Сопик. Вжух! Устроилась по моё левое плечо Догадливая Фрейлина. Вжух! Устроилась по моё правое плечо Таттата Таттам. Хлоп! Растерянно моргнула Ройза, кою вытеснили с законного её местечка.
Я развернула бумагу и прочитала следующее:
— Эх, — вздохнула Таттара Таттам разочарованно, — последняя надежда иссякла. Если я ещё на что-то рассчитывала, то теперь уже точно нет.
Догадливая Фрейлина тоже разочарованно вздохнула и грустно отстранилась.
— На кого же тогда, — спросила Таттара Таттам, — положить глаз?
И положила глаз на Агора. Тот моментально покрылся шипами и колючками. Я пожалела беднягу и поспешила к нему на помощь.
— У Агора, — сообщила я, — уже имеется невеста. И уже этой зимой, по закрытии бального сезона, они собираются пожениться.
— Эх, — повторно вздохнула Таттара Таттам.
— Отчего же, — спросила ее Ара Анара, — вы непременно хотите положить глаз на таилийца? Разве у вас в Аллаянии нет достойных женихов?
— Конечно же, есть, — сказала Таттара Таттам, — но ваши мужчины, как бы это сказать… попривлекательнее. Внешне, да.
— О-о-о, — понятливо отозвались фрейлины.
Тут как раз в салоне появилась Ара Элеонора.
— Ара Элеонора, — я помахала ей письмом от маркиза, — смотрите, что я только что получила! Маркиз отправился на охоту за исчезайкой, а таилийские мужчины красивее аллаянских, и теперь госпожа Таттам ищет, куда приткнуть свой глаз.
