— Больше уверенности!
— Я уверен в себе!
— Больше злости!
— Я зол!
— Больше экспрессии!
— Я не знаю, что это такое!
— Проехали.
— Куда?
— Забей.
— Что?
— Забудь. Больше наглости!
— Зачем?
— Ладно, можно без наглости. Но нужно сильнее!
— Да я итак уже всю силу прикладываю!
— Если б прикладывал всю силу, пятно бы уже вывелось!
— Да ему уже несколько веков!
— Тем более! Оно такое почтенное и дряхленькое — а ты с ним справиться не можешь!
Да, я отыгрывалась за его лекции про физические нагрузки. Да, это было низко. Но как же, черт побери, приятно!
Агор стиснул зубы и принялся остервенело возить скребком по пятну. Пятно не сдавалось. Агор тоже. Пятно держало позиции. Агор удвоил напор. Пятно насмешливо оскалилось. Агор насупился и вложил в пятно всю свою силу. Пятно напряглось. Агор воспрял. Пятно начало сдаваться. Я тоже. Потому что бросила тряпку, схватила бумагу с пером и принялась зарисовывать битву века. Ара Элеонора и Ройза тоже побросали свои швабры, веники и ведра с водой и дружно воткнулись мне в оба плеча.
— Вот видите, — шепотом поучала я обеих, — я была права! А вы «Вызовем бригаду, позовем фрейлин, служанок, весь женский уборочный состав!». Ежели б позвали, разве б смогли при них такую красоту нарисовать?
— Признаю, — шепотом отозвалась Вдовствующая Императрица. — Вы были правы, голубушка. Работать вчетвером гораздо полезнее. Я и физический труд вспомнила, и аппетит нагуляла, и такое зрелище повидала!
— В глазки, — задумалась Ройза, — огоньку б добавить.
— Куда уж больше? — изумилась я. — Он и так сейчас вспыхнет. Не от страсти, правда, а от возмущения, но все равно. — И, чтобы хороший мальчик не расслаблялся, я его подстрекнула. — Больше мужественности!
— Я итак!
— Больше страсти!
— Я страст… Не буду!
— Больше властности!
— Зач… АРА САМАРА!
Засек. Ах, засек слежку, паразит. Мы прыснули в разные стороны, как атомы цветов из туалетной пшикалки, но было уже поздно.
— Вы ведь обещали! Обещали, что будет только три позы!
— Ну специально-то ты позировал только три раза!
— А что это сейчас было такое⁈
— Ты оттирал пятно под потолком!
— А как же ваши «больше страсти, больше силы»?
— А как ты без силы и страсти выведешь эту кляксу? Видишь, как она на тебя скалится? У, противная какая, согласись?
— Ара Самара, не заговаривайте мне зубы! Вы снова меня рисовали!
Такушки, так не пойдет. Пока на оскорбленные вопли обиженного в лучших чувствах начальника королевской стражи не примчался его работодатель, я решила сменить направление ветра и дуть в другую сторону.
— Агорушка, солнышко, — улыбнулась я. Агорушка моментально насторожился. — Так ведь я же ж для тебя стараюсь!
Тут уже заинтересованно насторожились мои Ары.
— Для меня? — уточнил Агор.
— Ну конечно! — пропела я сладко и взмахнула длинным рыжим хвостом. — Вот смотри, у тебя ведь есть невеста?
— Ну… есть.
— И вы ведь любите друг друга?
— Ну… да.
— А теперь представь, что она вдруг увидит тебя с неожиданной стороны. Как ты убираешься. Как по-твоему, что она тогда сделает?
— Ч-что?
— Полюбит тебя еще сильнее!
Агор замолчал, обдумывая мои слова. Ары молчали, обдумывая мои слова. Я молчала, позволяя им обдумывать мои слова. Молчала целых две секунды. А потом продолжила.
— Помнишь, — замедоносила я, — наши с тобой откровения?
Агор покраснел и покосился на Ар. Ары заинтересованно зашебуршались и покосились на меня, но мы с Агором уже дали друг другу клятвы никому не распространять наши секретики, которые вылезли во время пробы зелья неверного мужа.
— П-помню…
— Так вот! — обрадовалась я. — Ты сможешь подарить ей картинку себя! И она увидит, какой ты хозяйственный и будет любоваться этой картинкой день и ночь!
— Кхм… кхм…
— Но вот только от этого и мне польза должна быть, верно?
— Ну… да…
— Поэтому давай так: я сделаю две картиночки. Одну — для твоей невесты, другую — для себя, хорошо?
— Ну… хорошо. Только чур! Вы моей картинкой не любуйтесь!
— Пхр-пхр! Кхм, я имела в виду, я очень постараюсь. Но ежели ты переживаешь, то я могу вместо твоего лица нацепить чужое.
— Дакрана! — тут же обрадовалась Ара Элеонора.
— Пусть Дакрана, — согласилась я. — Ну, договорились?
— … Договорились.
Мы метнулись на прежние позиции, но, как оказалось, мы обрадовались слишком рано — Агор…
Сломался.
