Чёрный Император прошёл мимо лайнера и безвозвратно укатил в ненастную ночь.
Пассажиры и команда растерянными пустыми глазами взирали ему вслед и лишь минуты спустя осознали, что происходит.
Чёрный Император ушёл! Не попытался их ограбить!
Некоторые из пассажиров принялись радостно восклицать, у других слëзы ручьями побежали по щекам. Несколько человек упали на палубу, окончательно расслабившись. Лишь немногие сохраняли ясность рассудка, недоумевая насчёт всего произошедшего. Но внятного ответа, что полностью объяснил бы все сложившиеся обстоятельства, найти не могли. И им только и оставалось, что утешать себя.
– Чёрный Император, верно, уж совершил на кого-нибудь грабительский налёт. Поскольку же у нас лайнер, а не грузовое судно, внимания этих пиратов мы не привлекли!
По кораблю прокатилась волна эйфорического оживления, и Клейн в облике Дуэйна Дантеса устремил взор на север.
Кроме Короля Пяти Морей Наста, встречавшего Рассела лишь считанные разы, был и ещё один человек, знавший императора куда лучше - Королева Тайн Бернадетт!
Ровня Насту, она недавно была в Бэклэнде!
– Когда вернусь в Бэклэнд, попрошу, чтобы Адмирал Звёзд связалась с Королевой Тайн и попытаюсь с ней как можно скорее встретиться... – Клейн отвёл взгляд, задëрнул занавески и отправился в постель.
В водах Архипелага Рорстед, на Будущем.
Адмирал Звёзд Каттлея, наконец, получила письмо от Королевы Тайн Бернадетт.
Каттлея так и не поняла, когда успел прибыть незримый посланник, но это не мешало ей лучиться радостью.
Разорвав конверт, развернув письмо, Каттлея жадно вчиталась в первую строку под приветствием:
"Это действительно потомок Силя..."
– Этот Ремесленник и вправду прямой потомок Императора Рассела... Мне нельзя позволять им смешиваться с верующими в Изначальную Луну... – Думала Каттлея, чуть заметно кивая.
Определившись, она задумалась о характере и нраве Ремесленника Сильфа, несущих одни лишь неприятности. Чувствовала, что обязана, воспитать его, что это её долг.
В раздумьях подошла к окну капитанской каюты и устремила в него взгляд.
Побродив в поисках, взгляд её упал на борт корабля, где Фрэнк уплетал грибы.
– Фрэнк, – рутинным своим тоном окликнула Каттлея.
Фрэнк, с закатанными рукавами, резко очнулся от своих глубоких размышлений.
– Капитан, что такое?
Каттлея со всей серьёзностью проговорила:
– Я тебе приведу помощника для твоих экспериментов.
Фрэнк сначала опешил, а потом заулыбался чистосердечно-искренне.
– Хорошо!
Глава 973 - Новый «Ангел»
От улыбки Фрэнка у Каттлеи возникли смешанные чувства. И она перевела взгляд на рыбацкую деревню, рядом с которой причалило Будущее.
Никто не ожидал, что это местечко окажется одной из важнейших баз Аскетического Ордена Моисея.
Скрываясь от преследований Ордена Авроры, Каттлея и её команда здесь недавно причалили!
Каттлея не спешила снова пуститься в плаванье, а готова была выйти на берег. Намеревалась воспользоваться оборудованием в рыбацкой деревушке, чтобы связаться с подчинёнными, выслеживающими Ремесленника Сильфа в Байаме. Так Адмирал Звёзд проверила бы, как обстоят дела, и составила бы планы.
Только если с этим будет улажено, то Будущее сможет снова отплыть и взять курс на Архипелаг Рорстед, Байам, находящийся оттуда в нескольких днях плаванья.
***
В бэклэндском небе солнце в июле сияло особенно ярко, но, в общем, температура была не сказать, чтобы высока, столбик термометра не поднимался выше тридцати градусов.
Эмлин, надев цилиндр от палящего солнца, что проникало сквозь облака, вышел из кареты и зашагал к Церкви Урожая.
Оглядевшись, он увидел громадного, как гора, Епископа Утравского, в коричневой священнической рясе и колпаке духовника. Он стоял перед Священной Эмблемой Жизни и проповедовал нескольким прихожанам, что в это утро заглянули помолиться.
Эмлин, больше не озираясь, отправился прямиком в заднюю часть собора. Пришёл в комнату, которую считал своей, привычно переоделся в своë священническое облачение
Протирая подсвечники, он ждал, пока разойдутся прихожане. А минут через двадцать, наконец, улучил возможность сесть рядом с Епископом Утравским и пробормотал как бы себе под нос, глядя на Священную Эмблему Жизни.
– Отче, у меня вопрос, по которому я хотел бы с вами посоветоваться.
На тонкобровом, ясно-голубоглазом, с несколькими чëтко прочерченными морщинками лице епископа появилась улыбка, и он отвечал:
– Задавай смело.
Эмлин задержал дыхание и стал подбирать слова тому, что обдумывал всю ночь напролёт.
– Если, заметьте, если у вас есть дальний родственник, который обманом подверг вас и вашего друга опасности, так, что вы едва не лишились жизни, а в суд по этому делу нельзя обратиться, как бы вы этого родственника наказали?
Даже сидя, Утравский был как гора. Он отвечал глубоким, но добродушным голосом:
– Для начала тебе нужно убедиться, совершил ли родственник эту ошибку по небрежности, или же намеренно обманул тебя и заманил в ловушку. Если первое, то тебе нужно его предостеречь, вразумить, наставить, а не думать о наказании. Если второе, то всё равно нужно проверить, всегда ли он так делает.
