Плотно притворив за собой дверь, я поднялась в покои Ортаз, где воцарилось такое же оцепенение, словно мой приход сам по себе был ледяным вихрем.
— Ортаз, очнись! Я не причиню тебе зла. Собери девушек, всех до единой, и выведи из дома. Две крытые повозки уже ждут за воротами. Посади их туда. Вас ждет долгий путь, и времени почти не осталось. Поспеши.
Я ждала внизу, наблюдая, как девушки, словно тени, бесшумно спускаются по лестнице. Встречаясь с моим взглядом, полным непроницаемой ледяной решимости, они не решались задать ни единого вопроса. Впрочем, к безропотному подчинению им было не привыкать.
Ходжа, словно зачарованный, смотрел на шествие девушек, растерянный и не знающий, как поступить.
В памяти еще свежо застывшее тело Рози, увиденное им в ее комнате. Шантар теперь властвовал над всем.
Когда последняя из девушек скрылась за порогом и Ортаз покинула дом, Ходжа, повинуясь неумолимому зову сердца, принял решение следовать вместе с ними.
Ортаз не спешила занять место в повозке. Ее взгляд был прикован к Олике, застывшей в облике шантара.
Та стояла у калитки, вытянув руку в сторону дома. Легкий ветерок коснулся лица Ортаз и донес едва слышный шепот.
С первыми лучами рассвета открылось странное зрелище: к дому тянулась призрачная дорожка из песка, медленно, но неумолимо разрастаясь.
Ортаз похолодела. Она нутром чувствовала, что эта зловещая аномалия — предвестница беды. Сама пустыня, потревоженная древним колдовством, откликающаяся тому, кто её пробудил.
Она прижала ладонь к груди, чувствуя едва уловимую дрожь земли, будто глухой вздох, пронесшийся сквозь песок.
Глаза лихорадочно выхватывали все новые и новые клочки зыбучего песка, заполняющего двор и крадущегося к самому порогу дома.
Словно преследуемая кошмаром, она поспешила укрыться за стенами повозки, сбежав от наваждения: безжалостная пустыня, ненасытной пастью поглощающая дом.
Две повозки рванули из города, унося с собой клубы пыли и тревоги. Внутри, словно пленники невидимой темницы, застыли пассажиры. Их лица, обращенные в бледные маски ожидания, хранили безмолвный вопрос: какая злая шутка уготована им судьбой на этот раз? Куда несет их этот неумолимый бег?
Пыль, оседающая на пожухлой траве вдоль дороги, казалась густой пеленой. Каждый скрип колеса, каждый удар копыт отзывался набатом в оглушенной тишине повозок.
Никто не говорил им о цели путешествия, не давал надежды на скорое избавление от гнетущего ожидания. Лишь бесконечная лента дороги, уходящая в горизонт, обещала продолжение неизвестности.
Лишь Ортаз ведала об их конечном пункте назначения. Она ощущала на себе взгляды девушек, но сидела неподвижно с отрешенным и загадочным выражением на лице, словно храня тайну мироздания.
И постепенно в душах девушек поселялось спокойствие, тихий ручеек ее уверенности омывал их смятение, даря надежду, подобно первым лучам рассвета.
Короткие остановки, дорога, и вскоре они очутились в караван-сарае. Там их ждал караван, готовый тронуться в путь.
Хотя в душе у девушек появился червь сомнения и улетучилась уверенность, но они безропотно подчинялись приказам, спрятав слезы под покрывалом.
Ортаз подходила к каждой и ласково разговаривала, обнимая за плечи.
— Все будет хорошо, — шептала она.
И с этими словами, словно с путеводной нитью, караван ступил на пески.
Мне пришлось подыскивать место в другом доходном доме, потому что этот, по причине отсутствия хозяина, который скоропалительно почил от укуса змеи, был закрыт.
Пришлось поменять и одежду: черный цвет мог привлечь невольное внимание к моей персоне, а у меня остались незавершенные дела.
Город немного поразил меня в обилии садов, парков, утопающих в изумрудной зелени.
Только вся благодать располагалась в так называемом месте — Галати — престижном районе столицы. Место для богатых людей, поднявшись на высокие ступени благосклонности Повелителя.
В Галати дышалось иначе. Воздух казался чище, лишенным едкой примеси копоти, привычной для низов города. Дома здесь высились, словно гордые башни, отражая солнце в отполированных стеклах.
Сады благоухали невиданными цветами, заботливо ухоженные руками садовников.
Там, за высокими стенами и коваными воротами, мир казался совершенно другим. Мир, где проблемы решались взмахом руки, а будущее рисовалось только в ярких красках.
Где голод был лишь словом из старых книг, а болезни лечились лучшими целителями. Мир, где благосклонность Повелителя была ощутима почти физически, словно теплое одеяло, укрывающее от невзгод.
Попасть в Галати было мечтой, почти недостижимой для большинства людей. Это был оазис благополучия, окруженный морем нищеты.
Но именно эта контрастность делала его еще более желанным, еще более привлекательным. Люди готовы были на все, чтобы хоть краешком глаза увидеть этот мир, а уж тем более поселиться в нем.
Им казалось, что жизнь в Галати — это и есть истинное существование, достойное человека. Что только там можно раскрыть свой потенциал, насладиться всеми благами и стать по-настоящему счастливым.
