Она попыталась лучше разглядеть скрытое лицо, но оно оставалось во тьме.
– Я сыт по горло твоими отговорками, Рагне. Повелитель ждёт большего.
– Если бы я могла поговорить с ним сама…
– Он не может заниматься малодушными жалобами каждой бездарной ведьмы в Землях Бурь. А тебе, пожалуй, лучше не попадаться ему на глаза с пустыми руками. Или ты хотела сказать мне что-то ещё, Рагне?
– Нет, мастер, – коротко ответила она.
– Наш повелитель ждёт богатого урожая, ведьма, и ему нет дела, как ты сеешь семена! – негодовал Ортоль.
– Но лар идёт за нами по пятам, и…
– Ты знаешь приказ! Выполняй его, или хочешь, чтобы источник чёрной серы для тебя иссяк?
– Нет, мастер.
– Тогда не трать нашего времени понапрасну! – прогремел голос. Дым вдруг рассеялся, и осталась лишь разорванная паутина.
– Ему легко говорить, – сказал прислушивавшийся к разговору Цифер и сплюнул. – Он-то далеко от этого проклятого лара и его рун.
– И всё же мы постараемся выполнить приказ.
– Конечно, мы будем делать всё, что говорит мастер, с чёрной серой мы у него на коротком поводке. И я, Цифер фон Ульмар, принц альвов, должен повиноваться человеку!
– Быть может, не навсегда, Цифер, не навсегда.
Рагне вытянула руки над огнём. Она дрожала.
– И всё-таки слишком долго, – заметил Цифер, усаживаясь недовольно рядом с ней и разгребая огонь. Через какое-то время он вспомнил: – Ты ничего не рассказала ему про девчонку.
– Что мне было ему рассказать?
Ночной альв, склонив голову набок, пронзительно посмотрел на неё.
– Ты знала бы о ней больше, если бы открыла письмо. Не понимаю, почему ты медлишь.
На это Рагне улыбнулась.
– Быть может, потому, что не хочу ничего утаивать от мастера. А то, чего я не знаю, мне не нужно от него скрывать, Цифер.
Её спутник почесал макушку.
– Ты умнее, чем кажешься. Тогда брось конверт в огонь. Он пахнет опасностью.
– Это было бы чересчур, не думаешь? Чутьё подсказывает мне, что эта девчонка, которая сумела так долго противостоять моему колдовству, не так уж проста. И я ни в коем случае не хочу, чтоб вся слава за эту находку досталась мастеру Ортолю.
– Открывать ты его не хочешь, сжигать тоже. Чего же тогда тебе от него надо? – рассердился Цифер, проворчав при этом: – Бабы!
Рагне снова одарила его лёгкой улыбкой.
– Я не говорила, что никогда не открою его, я лишь не хочу открывать его прежде, чем передам известия мастеру Ортолю. Это письмо пахнет не опасностью, а тайнами. Не чуешь? Ты не представляешь, как трудно мне было противиться искушению, которое кроется в этом конверте.
С этими словами она вытащила письмо и подставила его под свет восходящего солнца. Перевернула, принюхалась и, убедившись, что её спутник достаточно помучился томительным ожиданием, вскрыла конверт длинным ногтем.
– Что там написано? – спросил Цифер, подойдя ближе.
– Подожди же, – осадила его Рагне и развернула листок, который находился в конверте. И прочла:
Милая Айрин, милый Барен, дети мои, которых я люблю больше всего на свете!
Надеюсь, мы встретимся прежде, чем трактирщик отдаст вам это письмо. Если же нет, я хочу объяснить вам, почему мне пришлось вас оставить.
Я приехала в Хальмат, чтобы покинуть Земли Бурь. Мне нужно отправиться в место, где меня не найдут мои преследователи. К несчастью, оно слишком опасно, и я не могу взять вас с собой. Поэтому я с тяжёлым сердцем оставляю вас добрым людям Хальмата. Это самое трудное, что я когда-либо делала в своей жизни, поверьте мне.
Если я не вернусь, на свой шестнадцатый день рождения вы получите это письмо и, быть может, немного серебра, которое я оставила хозяину трактира в качестве платы за ваше воспитание. Отправляйтесь в Иггебург и отыщите мастера Лигтера. Покажите ему кольцо с руной, он вспомнит и объяснит, что произошло. Но будьте осторожны, никому не доверяйте! К сожалению, вы унаследовали опасных врагов. От всего сердца надеюсь, что они никогда не найдут вас и я смогу объяснить вам всё сама.
Ваша любящая мама
