– Марь, выключи ультразвук, я ж почти ничего смешного не сказала, – захохотала в ответ Варя. – Интересно, смех из-за того, что кто-то смешно смеётся – это признак слабоумия или чего вообще?
– Того, что нам прекрасно вместе живётся.
– И это правда! А что касается работы: мне кажется, они завидуют.
– Эх-х, было бы, чему, – Мари скорчила гримасу уныния.
– Ты общительная, непосредственная, да ещё и красивая. Тот самый типаж, который больше всего зависть девушек вызывает.
– Ахаха, как там Влас говорил? «Глупые девки»?
—Тупые девки.
– О, точно!
Разговор оказался прерван возращением Лизы.
– Рано ты сегодня, – заметила Варя.
– И слава Богу, – ответила та, стаскивая с себя сапоги. – Хоть отдохну, а может даже высплюсь.
Миновав кухню, она направилась к дальней из двух комнат, и уже когда её рука с наполированными ногтями легла на круглую дверную ручку, до Власа дошло, что в той же комнате находился Лепс с ботаншей из медицинского. Варя запоздало подорвалась в сторону коридора и в полной готовности раздирать драку, Влас бросился за ней. Но всё, что они оба увидели, добежав – то, как эта деловая колбаса обычным своим шагом достигла кровати и с краткой репликой: «Подвиньтесь» устало плюхнулась между спинкой дивана и обескураженной Ритой, сидевшей на коленях у не менее сбитого с толку Лепса. Он повёл бровями, мол, «что просиходит?», Влас из дверного проёма кивнул ему в сторону кухне, и все обитатели комнаты переместились туда. Кроме Лизы. Она, вероятно, уже видела сны.
За столом все сидели молча, пока Варя ставила чайник и доставала кружки. Тишину осмелился прервать Лепс.
– Странно это как-то.
– Да чего странного-то? – отозвалась Мари, заглянувшая в комнату, чтоб стащить чего-нибудь вкусного из холодильника. – Всем бы таких уравновешенных бывших.
…
Так и прошёл вечер. Собираясь домой, Влас краем глаза заглянул в дальнюю комнату. Лиза спала, даже не сняв пиджак.
—–
Было пасмурное ранневесеннее утро, в которое Власу было бы тяжело проснуться, если б не Варя рядышком, под боком, сонная и нежная.
Так забавно засыпать, видеть её во сне, а потом сразу же, незамедлительно – наяву. За завтраками он ей в этом признался, на что Варя ответила:
– Ну хорошо. Я не такой уж и кошмар.
– А тебе самой что снилось?
– Очередной сюр18. Погоня на грузовиках, в которой я сбрасывала на преследующие машины советские ковры.
В кухню вошла Рита, поставила воду в кастрюле греться. В коридоре зашумел старенький фен. Квартира потихоньку просыпалась.
– Доброе утро, – приветствовала Варя соседку. – А ты сегодня какие сны видела?
Та нехотя ответила:
– Преподаватель по акушерству.
– Снова? – послышался голос Мари из-за двери кухни. – Этот же тот, который про контрацептивы вам втирал?
– Да, он, – ответила Рита, всыпая гречку в закипающую воду.
– Он во сне сам хоть в контрацептиве был? – расхохоталась Мари, и тут фен заглох. Она с недовольным возгласом постучала по нему раз – не включился, постучала второй…
– Вот это карма быстро сработала, – усмехнулась Варя, и Рита улыбнулась ей.
– Да он, сука, перегрелся. – Мари продолжала попытки реанимировать старенький фен, вдувая в него более прохладный квартирный воздух.
Влас не удержался от улыбки. В его глазах Мари была идеальным примером красивой, но безмозглой девки.
—–
Март. Снег таять ещё не надумал, но солнца стало заметно больше. Громкие известия обычно обходятся без предвестников, так и в это утро субботы, в которое Варя успешно просыпала лекцию, на которой не отмечали отсутствующих, Рита гладила медицинский халат к паре, а Лиза уже ушла на работу, а Мари ворвалась в зябкий полусон плохо отапливаемой комнаты, негромко напевая какую-то мелодию.
– Марь, а я же сплю, имей совесть! – смазанно проговорила Варя хрипловатым голосом.
– А мне сегодня можно, всё сегодня можно! – нараспев дразнила её та, качая головой из стороны в сторону под воображаемую музыку и параллельно перебирая кофточки в шкафу.
– Почему это?
– Потому что у меня день рождения! – проскандировала Мари тоном, торжественность которого с каждым словом возрастала.
Варя мигом разпахнула глаза, Рита оторвалась от глажки халата, обе уставились на Мари.
– Что же ты раньше не говорила? – поинтересовалась Рита. – Мы бы хоть поздравили.
– А и не нужно, – озорно раскачивая бёдрами в цветастой юбке, ответила Мари. – В мой день рождения подарки делаю я.
И с этими словами она потянулась к верхней полке шкафа и вытащила из кучи барахла бутылку вина.
– О Боже, «Лыхны»! Ты где его взяла? – воскликнула Рита.
– А тебе всё скажи, да расскажи, – немного ехидно, но всё же по-доброму ответила Мари. – Давайте отмечать, там ещё тортик в холодильнике ждёт.
– Марюш, я сейчас быстренько на пары сбегаю и вернусь отмечать с вами. Оставьте мне кусочек торта и немного вина.
– Не боись, всё не выпьем, – Варя подала голос с кровати, откинула одеяло в сторону и потихоньку начала вставать.
Рита ушла, Мари разлила вино по стаканам, но Варя сочла плохой идеей пить с утра, потому сделала для себя простой зелёный чай.
– Ох ты ж нежный котик, – передразнила её Мари.
