| "He will start upon his journey to-morrow night." | - Он выедет завтра вечером. |
| "Any person mentioned?" | - Имени не называть? |
| "No." | - Нет. |
| He helped Mr. Lorry to wrap himself in a number of coats and cloaks, and went out with him from the warm atmosphere of the old Bank, into the misty air of Fleet-street. | Дарней помог мистеру Лорри укутаться в бесчисленное множество теплых жилетов и плащей, и они вместе вышли из жарко натопленной конторы в промозглую сырость, на Флит-стрит. |
| "My love to Lucie, and to little Lucie," said Mr. Lorry at parting, "and take precious care of them till I come back." | - Обнимите за меня Люси и малютку Люси, -сказал мистер Лорри на прощанье, - да смотрите берегите их без меня! |
| Charles Darnay shook his head and doubtfully smiled, as the carriage rolled away. | Чарльз Дарней как-то неуверенно улыбнулся и кивнул, и карета покатила. |
| That night-it was the fourteenth of August-he sat up late, and wrote two fervent letters; one was to Lucie, explaining the strong obligation he was under to go to Paris, and showing her, at length, the reasons that he had, for feeling confident that he could become involved in no personal danger there; the other was to the Doctor, confiding Lucie and their dear child to his care, and dwelling on the same topics with the strongest assurances. | В этот вечер четырнадцатого августа он сидел далеко за полночь и написал два прочувствованных письма - одно Люси, в котором он объяснял ей, что не может пренебречь долгом и вынужден поехать в Париж и, подробно излагая все обстоятельства дела, убедительно доказывал ей, что ему не грозит никакая опасность; второе письмо - доктору, где он повторял то же самое, уверяя, что за него нечего беспокоиться, и поручал Люси и малютку его попечению. |
| To both, he wrote that he would despatch letters in proof of his safety, immediately after his arrival. | И в том и в другом письме он обещал написать тотчас же по приезде, дабы они знали, что все обстоит благополучно. |
| It was a hard day, that day of being among them, with the first reservation of their joint lives on his mind. | Тяжко ему было весь следующий день, впервые за всю их совместную жизнь держать от них что-то в тайне, тяжко было сознавать, что он их обманывает и они ничего не подозревают. |
| It was a hard matter to preserve the innocent deceit of which they were profoundly unsuspicious. But, an affectionate glance at his wife, so happy and busy, made him resolute not to tell her what impended (he had been half moved to do it, so strange it was to him to act in anything without her quiet aid), and the day passed quickly. | Но всякий раз, когда взгляд его с нежностью устремлялся на жену, поглощенную мирными домашними делами, такую спокойную и счастливую в своем неведении, он укреплялся в своем решении не говорить ей ничего (как ни хотелось ему довериться ей и как ни странно было отстраняться от ее помощи и участия), и так незаметно промелькнул день. |
| Early in the evening he embraced her, and her scarcely less dear namesake, pretending that he would return by-and-bye (an imaginary engagement took him out, and he had secreted a valise of clothes ready), and so he emerged into the heavy mist of the heavy streets, with a heavier heart. | Под вечер он нежно простился с женой и столь же дорогой его сердцу малюткой дочкой и, пообещав скоро вернуться (он сказал, что едет куда-то по делу, и потихоньку ото всех заранее уложил свой чемодан), вышел с тяжелым сердцем на улицу в тяжко нависший серый холодный туман. |
| The unseen force was drawing him fast to itself, now, and all the tides and winds were setting straight and strong towards it. | Неведомое притягивало ею теперь с неудержимой силой, и все словно подгоняло его. |
