˗ Народу было тысячи полторы, ˗ недружелюбно припомнил Ли, оглядывая разоренное место.
˗ Горные Гюйры. Их повадка. Все жгут под корень, ˗ Ваянн нахмурился. ˗ Поквитаемся, придет время.
Глушь и бездорожье. Местность пуста. Зверье распугано войной и добыть хоть что-нибудь кроме дождевых червей проблематично. Даже наш браконьер бессилен. Я с сожалением вспомнил Зыбень Артина. Жратва следом бежала.
Помнится в детстве откроешь книгу о первопроходцах, аж до спазм в желудке читаешь о беднягах. С водой плохо, из еды только воспоминания, босы и наги телом, зато бодры как заводной цыпленок. Так прекрасно писать о мытарствах можно путешествуя за столом вокруг тарелок с паштетами, шашлыками под соусом, ткемали", покоряя пики винных бутылок, карабкаясь по отрогам колбас и сыров, и захлебываясь в горных потоках мадеры. В яви усталость перебивает все. Пока двигаешься. Стоит остановится на отдых и кишки напоминают о себе черной дырой голода. Хочется жареной картошки с салом, не отказался бы и от бутерброда с маслом и солью, не отплевывался бы и от ложки рыбьего жира с кусочком подсоленного ржаного хлеба. Сожрал бы и подметки собственных сапог, правда потом не в чем идти.
Отдыхали мало. Волчата усталые и голодные держали фасон. Силенок-то осталось!? Поправить перевязь да проверить хорошо ли выходит меч. Ни шуток, ни разговоров. Хочешь ни хочешь, а приходится торопится. Кланы могли вернуться в Кааб Пайгют раньше чем мы туда доберемся.
Отроги гор Аалин** встречали нас черными высоченными пиками, постелив на встречу свои неподвижные тени. Остановились в распадке двух холмов. Впереди долина.
Я отправил вперед Ваянн и Метта. Они отсутствовали с час.
˗ Живых не видно, ˗ рапортовал по возвращению Ваянн. ˗ А вот трупаки на каждом шагу. Еще не всех падальщики сожрали да склевали. И воняют сил нет.
Удалой браконьер бледен. Рукав затерт травой. Видать полоснуло от военных видов.
Все что хотел услышать я услышал. Местность пуста.
˗ Дистанция в корпус. Капрал со мной. Ваянн с Меттом прикрывают. Смотреть во все глаза.
Кружат в небе черный птицы. Не беспокойны. Значит людей нет. Или хорошо спрятались.
Вошли в узкое место, со спуска забрали круто влево, пересекли ручей. На поляне обгорелые каркасы шатров. Вперемежку с переломанным в хламье скарбом. Чуть дальше, на выезде, у загона, ряд кольев на которых расклеванные в лохмотья людские останки. На двух крайних ˗ детские. Еще дальше, в овражке отвал из человеческих тел. За овражком, в загоне, забитые овцы.
Сзади кому-то стало дурно.
˗ Носом дыши, ˗ прикрикнул я не оборачиваясь. ˗ И поглубже.
Поглубже не получалось. Трупный запах сбивал дыхание и перехватывал горло.
Ребятишки мечтали славных подвигов наворотить?! Вот они подвиги! Отрубленные головы, руки-ноги, вонь от мертвяков, сожженные дома. Прибавьте к тому товарищей, почивших в свершении высоких дел.
Забираю еще левее, поближе к скалам. Так по крайней мере фланг прикрыт.
Обогнули россыпь валунов. Крепостица. Была… Городни** раскатаны по бревнышку. У бывших ворот, из подручного материала, помост. У помоста гур из человеческих голов. Сотни выеденных, выгнивших глазниц, пялились на нас в безмолвной ненависти.
˗ Люто солдатики поработали, ˗ помрачнел Ли. Он не одобрял деяний армии. Бой ˗ не расправа.
˗ Жрицы, ˗ поправил я его.
Он закрутил головой. А хоть и служительниц Кабиры, все одно не по-людски.
˗ Не раскисать! ˗ скомандовал я. ˗ Мертвые не кусаются. Только живые!
Нам еще предстояло проехать вдоль поля. Вытоптанная пшеница вперемежку с ратным железом и костями. На дальнем краю бродят собаки.
˗ Рубились до последнего, ˗ указал Ли на маленькую кирасу приколотую к земле двумя пиками. По виду их мог носить пацаненок или девчушка не старше тринадцати.
˗ Это точно, ˗ согласился я. С права над линией холмов в небо поднимались дымки.
Харис**, ˗ вспомнилось я название неприступной цитадели Кланов.
За полем извилистая дорога в низ. Лошадям ступить некуда ˗ столько покойников. Дорога мертвых. Дорога последнего рубежа. Хватило характера проехать. Нет мертвые не пугали. Навстречу неслись хрипы и стоны, будто там, впереди, кто-то продолжал, кромсать глотки уставшей неуверенной рукой.
Спустились. За каменной аркой чисто. Впереди площадка засыпанная рукотворной смесью из гравия, кварца и слюды. Кааб Пайгют. Страшилка цивилизованного мира. Хотя судя по тому что сотворила сама цивилизация, трудно сказать кто страшнее.
Вход в долину ˗ узкая щель в каменной стене. Великая сила гладко разрезала черный вековечный гранит. Из разреза выползали протуберанцы тумана. За белесой пеленой прятались захлебывающее бульканье и обрывающиеся всхлипы.
˗ Кааб Пайгют, ˗ объявил я.
˗ Прибыли значит, ˗ покрутил головой Ли.
˗ Нет пока, ˗ разочаровал я его. ˗ Едем вперед.
˗ Вперед, ˗ переспросил Ли, наблюдая как сипя и булькая в предсмертной агонии, тянется к нему туман и не дотянувшись, умирает на каменной россыпи.
Следующая волна добралась дальше, почти до арки, вспухая вверх молочными шапками.
Бравый капрал поджал губу.
