Лариса боялась оборачиваться, боялась увидеть размытые силуэты, бегущие за ними. С двух сторон мелькали бордовые и маслянистые огоньки, а ещё редкие двери с табличками: «Алгебра. Начало анализа», «Технология», «Введение в грёзы», «Химия», «Астрономия», «Мёртвоведение».
Они бежали минут, наверное, десять. Удивительно, но Лариса не запыхалась, не чувствовала усталости, боли в ногах или биения сердца. Бежать было легко. Потом юркий мальчишка отпустил её руку, толкнул плечом неприметную дверь и исчез в распахнувшейся темноте. Лариса, не успев притормозить, тоже провалилась в темноту, поначалу ничего не увидела и не почувствовала, будто зависла в пространстве без верха или низа. Затем в неё врезались со спины, а Димка вскрикнул:
– Поберегись!
После этого вдруг настигли запахи. Пыль. Страницы книг. Клей. Влажная почва. Нагретый пластик. Лариса заморгала. Она увидела заколоченные досками окна, сквозь которые проступал свет оттенка яичного желтка. Вокруг валялись старые вещи: сломанные парты и стулья, школьные доски, смятые глобусы, разбухшие от влаги тетради. Комнатка была небольшого размера и почти вся забита старьём. На свободном пятачке у окна сидел на пыльном полу мальчишка.
– Закройте дверь и идите сюда, – сказал он негромко.
Лариса обернулась. Димка, опустив на пол Борю, старательно задвигал скрипучую защёлку.
– Кто ты такой? Что это за место? – спросила Лариса, разглядывая мальчишку.
Он был невысокого роста, курносый, длинноволосый. Одет в шорты, рубашку с короткими рукавами и сандалии. Как будто только что вывалился из лета.
– Садитесь поближе в круг, – сказал мальчишка. – Тогда нас не обнаружат учителя. Это место забытых вещей. Всё, что приходит в негодность, складывается в эту комнатку, и никто сюда не заглядывает никогда. Обитатели грёз безумно боятся настоящей смерти. Боятся, что тоже могут исчезнуть навсегда.
Лариса села.
– Я тебя знаю, – внезапно сказал Димка, примостившись рядом. – Ты тот пацан, который был на автозаправке, когда она взорвалась. Видел твои фотографии в новостях. Получается, вы тут с этим директором вдвоём.
– Хорошая память, – кивнул мальчишка. – Ты прав.
– Кажется, тебя зовут Артём.
– Ага. А ты Димка. Тот самый, который не давал мне окончательно распрощаться с обычным миром. Приходил иногда и болтал со мной. Я кормил тебя грёзами, а ты создал портал, через который в обычный мир пробрались пожиратели. Привет.
У Вали были хорошие родители, она их любила, а потому никогда бы не сделала ничего дурного. Если бы не одноклассницы, уговорившие Валю сходить на заброшенную автозаправку, она бы в тот вечер смотрела на планшете очередную серию аниме.
Сказать по правде, Валя не хотела никуда идти. Она не была любительницей приключений, и если бы ей предоставили выбор: заработать миллион, путешествуя по сельве в поисках динозавра, или ничего не заработать, а просто сидеть дома, – она бы выбрала дом.
Но тут как-то совпало. Одноклассницы были настойчивые, а Валины родители поехали в театр. Никто ей миллион не обещал, но и приключений как бы тоже. Одноклассницам нужно было поснимать изнутри старую автозаправку для школьного задания о местных достопримечательностях. От Вали всего-то требовалось встать в нужном месте и поводить туда-сюда телефоном. Зато её фамилию обещали добавить в титры. В общем, она поддалась на уговоры.
В три часа дня девочки были внутри автозаправки. Валя хорошо помнила, что светило яркое солнце, но оно было холодное, весеннее. К тому же ветер пробирал до костей и завывал между полуразрушенных стен. Даже находиться рядом было некомфортно, а уж когда Валя пробралась вместе с девочками внутрь, стало ещё и страшновато. Она никогда не бродила по заброшкам, не видела подобного: грязного пола, усеянного осколками битого стекла, чёрного потолка, кусков кирпичей и арматур, торчащих из остатков стен, лоскутов обоев. И ещё противный запах, проникающий в ноздри и будто оседающий на коже тонкой плёнкой. Её будет сложно смыть.
– Ничего, мы быстро, – сказала Марина Сорокина, доставая подсветку для телефона. – Десять минут отснимем, и хватит. Я ещё клипы нарежу для канала. Вообще улёт получится.
– Сейчас музычку включу, – вторила ей Юлиана Крыгина.
Из её телефона зазвучала знакомая песня обожаемого рэпера. Валя слегка расслабилась. Подруги чувствовали себя здесь нормально, так почему она должна чего-то бояться?
– Девочки, скажите, что мне делать, – попросила она. – Танцевать не умею. Где снимать?
– Ой, Валь, всё ты умеешь, только стесняешься! Раскрепощённой надо быть. Давай мы тебя тоже снимем, нарежем ролик, станешь звездой! – Марина навела на неё кружок подсветки с прикреплённым телефоном. – Давай, двигайся в такт, двигайся, как богиня!
– Ничего, что мы в заброшке?
– Так даже лучше. Парни любят рисковых девчонок!
Валя сделала несколько неловких движений и смущённо рассмеялась.
– Хватит! Давайте снимать уже.
Юлиана и Марина быстро расставили подсветки, показали Вале, где стоять и как держать телефон. При ярком свете была видна встревоженная пыль, кружащаяся в воздухе.
