Каждый раз, когда Ральф находил очередную зацепку, у Вильды возникало желание укутаться во что-нибудь с головой, спрятаться в самом дальнем шкафу квартиры, а еще лучше — провалиться в иное измерение, будто в сказке. Ви чувствовала каждым волоском на затылке холодок, с которым выдыхает стоящая позади смерть. Она ощущала, как та скалится в предвкушающей улыбке, пока воодушевленный мужчина убеждает Вильду действовать, искать истину.
Неужели они действительно стараются ради общественного блага и безопасности? Что ж, тогда это дело достойное. Но что, если на самом деле все упирается в элементарное любопытство? Как известно, от любопытства кошка сдохла…
Каждый раз, задумываясь о том, нужно ли ей все это погружение в неизведанное, Джефф приходила к отрицанию и к сомнениям, ибо ей хотелось быть честной с собой, а вся ее суть говорила лишь о личных интересах. И то, собственных ли?
Ральф первым подошел к турникету. Вильда же повернулась к стенду с объявлениями и принялась читать в надежде найти какие-либо оповещения, связанные с интересующим их прецендентом.
— Добрый день, — в своей обаятельнейшей манере поздоровался с консьержем Ральф. Однако, тот не впечатлился и просто молча выжидал продолжения. — Нам на двадцать девятый этаж. Квартира 87. Паспорта имеются, если нужно…
— К квартире покойного никого не пропускаю, — сухо ответил охранник, сверля парня соколиным взглядом из-под кустистых низких бровей. Этот тип выглядел, как сторожевой пес, готовый напасть при одном только неверном движении.
— Даже журналистов? Мы как раз работаем над статьей для выпуска газеты «Сан-дзару». Знаете о такой?
Консьерж приподнял со стола чуть помятый бумажный прямоугольник, на титульной странице которого крупным шрифтом было написано «Сан-дзару» и ниже — сегодняшняя дата.
— Я не пропускаю ни единого выпуска, — процедил он. Казалось, мужчина моргать попросту не умеет. — И, насколько помню, в газете уже писали про господина Кортала. Давно, как только все случилось. С чего бы вам вспоминать о нем снова?
— Руководство дало задание освежить информацию прошлой статьи, — Ральф развел руками. — Вы ведь знаете о том, что в ходе расследования убийства всплыли новые шокирующие факты?
— Какие еще факты? — брови консьержа опустились еще ниже, хоть это и казалось невозможным — куда уж ниже.
— О-о-о, — протянул Ральф, посмотрев на собеседника хитрым лисом. — Узнаете завтра в свежем выпуске. Если, конечно, пропустите нас с коллегой.
Тяжело вздохнув, охранник почесал лысеющее каштановое темя, и со скучающим видом подпер уставшее лицо кулаком. Недовольство в его взгляде улетучилось. Теперь же он смотрел на Ральфа, как на инвалида, которому нужно сочувствовать.
— Молодой человек, — заговорил он снисходительным тоном. — Вот уж не думал, что так сильно похожу на идиота. Надеюсь, что это не так. Надеюсь, что вы просто пересмотрели дурацких мультфильмов, в которых подобная чепуха прокатывает.
— О чем вы? — изобразил недовольство Ральф.
— В квартире 87 не происходило никакого убийства. Детектив Клеменс Прайд, который вел это дело, разговаривал со мной лично. Он сообщил, что с господином Корталом произошел несчастный случай. Он также велел мне никого не подпускать к этой квартире до приезда родственников покойного.
— А тело вы видели?
— Нет, молодой человек. И не хотел бы видеть. В ту ночь хватало хлопот, поверьте мне.
— Значит, не пропустите?
— Значит, не пропущу.
Напряженную дуэль взглядов прервала Вильда, уже изучившая стенд. Внешне она казалась раздосадованной отказом консьержа, однако душа ее выдохнула с непередаваемым облегчением.
— Ну ничего страшного, — потерла плечо Ральфа девушка. — Напишем статью о чем-нибудь другом. Идем?
— Подождите, — охранник привстал со стула и приблизился к плотному прозрачному пластику.
Некоторое время он пристально всматривался в лицо Ви, а затем его отталкивающая хмуростью мимика расцвела, словно цветочный бутон. Внимательные хищные глаза вдруг наивно округлели, косматые брови изогнулись в две доброжелательные дуги, а перекошенные недовольством тонкие морщинистые губы вытянулись в радостную улыбку.
— Вы же Вильда Джефф из «Крика души»? — воскликнул он, обнадеженный до трепета.
У видящей похолодели органы. За время участия в проекте она уже научилась определять особенно преданных зрителей, и сейчас перед ней в полусогнутом состоянии стоял именно такой. Фанатик.
— Да, это я, — ответила она, заметив, как засияли зеленые очи Ральфа. Тот был на грани разочарования, но спасение, пришедшее внезапно, вновь окрылило его.
