Несомненным успехом станет восстановление отношений с Югославией. Самостоятельная политика югославского лидера Тито, своеобразные взгляды политического истеблишмента этой страны на судьбы социализма не позволят развить этот успех. Для Хрущева и других лидеров СССР обязательным признаком дружеских отношений и сотрудничества становится безусловное следование в фарватере советской внешней политики, использование советских лекал в политике внутренней. Эти представления окажутся точкой бифуркации во взаимоотношениях и с Югославией, и с Китаем.
Отказ Мао Цзэдуна признать справедливой критику Сталина и эксцессов сталинского правления на XX съезде КПСС, стремление Хрущева навязать Мао признание собственного лидерства в коммунистическом движении приводят к тяжелейшему кризису во взаимоотношениях двух стран, который придется урегулировать уже новому руководству Советского Союза несколько лет спустя после отставки Хрущева. Удаленный из большой политики Маленков будет периодически обращаться к новому руководству КПСС с предложениями о необходимости эти отношения у р егу л ир ов ать.
С именем Хрущева связано становление так называемой мировой социалистической системы. Сотрудничество стран Восточной и Центральной Европы, попавших в орбиту советского влияния после Второй мировой войны, будет организовано в рамках Организации Варшавского договора и Совета экономической взаимопомощи. Опираясь на приверженцев коммунистической идеологии в этих странах, Советский Союз займется насаждением политических режимов по советскому образцу практически в каждой из стран «народной демократии», сталкиваясь с проявлениями социального недовольства. В ряде случаев, как это произошло в Венгрии в 1956 году, это недовольство выльется в полномасштабное гражданское противостояние, которое СССР будет вынужден подавлять силовыми методами. Однако и взаимодействие с мировым коммунистическим движением приобретет новые формы. Хрущев откажется от такого рудимента сталинской эпохи, как Коминформ, который будет распущен в 1956 году. Однако, решившись предоставить свободу самостоятельного поиска путей развития компартиям «капиталистических» стран Запада, советское руководство так и останется в плену своих прежних догматических представлений о социализме.
Сложным будет взаимодействие со странами Запада. В развернувшейся холодной войне Хрущев покажет себя серьезным политиком. Во многом благодаря его позиции будет подписан мирный договор с Австрией, обусловленный ее нейтральным статусом. Спустя полтора десятилетия после окончания Второй мировой войны будет подписан мирный договор и с ФРГ. Хрущев постарается реализовать на практике лозунг «мирного сосуществования стран с различным общественным строем» и выступит с рядом весомых внешнеполитических инициатив.
Символом противостояния двух противоборствующих на международной арене лагерей станет «берлинская стена», сооружение которой в 1961 году было согласовано руководством ГДР с Президиумом ЦК КПСС. Позднее в мемуарах Хрущев, осмысливая этот опыт, воскликнет: «Что же это за социализм, в котором надо держать человека на цепи! Какой же это справедливый строй, какой же это рай?» В полном противоречии с этой мыслью, но в полном соответствии с неумолимой логикой политического противостояния он поддержит не только идею сооружения стены, но и решится на блокаду Западного Берлина. Накал противостояния будет чрезвычайно высок. Скоро, однако, к нему придет осознание того, что «было бы преступно развязать войну из-за Западного Берлина», и ситуация в этой болевой точке на карте Европы войдет в фазу относительной разрядки.
Взаимоотношения СССР и США надолго станут стержнем мировой политики. Руководствуясь представлениями о достигнутом с США паритете в ядерных вооружениях, Хрущев решится на создание советских ракетных баз на Кубе. Реализация «операции “Анадырь”» поставит мир на грань ядерной катастрофы. В рамках урегулирования этого конфликта Хрущев зафиксирует новый – примерно равный (как тогда казалось) – расклад сил на международной арене, что надолго обеспечит относительное спокойствие и безопасность границ СССР.
