Каких-либо постоянных «коллективов» у пиратов не существовало. Этот сброд отирался на нескольких базах, голландской Кюрасао, французской Тортуге, но после захвата англичанами Ямайки их затмил возникший там Порт-Ройял. Его называли «пиратским вавилоном», он быстро разросся и достиг небывалого процветания. Тут селились купцы — скупщики награбленного, лавки ломились от дорогих товаров и предметов роскоши. Барыги, работорговцы и плантаторы строили великолепные дворцы. А рядом раскинулись обширные «веселые» кварталы для выкачивания пиратских прибылей — кабаки, игорные и публичные дома всех разрядов. С пойлом по любой цене, шлюхами на любой вкус, любого возраста и цвета кожи. Тысячи баб съезжались сюда на заработки из разных стран Европы и Америки. А хозяева посолиднев комплектовали состав из рабынь, специально отобранных на невольничьем рынке. На правительство здешним воротилам было начхать, они наживали такие состояния, что на корню покупали королевских советников.
И как раз из-за того, что оравы флибустьеров «тусовались» по портам, кто прогуливая добычу, кто в поисках новой «работы», они именовали себя «Береговым братством». Некоторые исследователи склонны его идеализировать, указывают на «законы» братства, взаимовыручку, на то, что у пиратов было даже «социальное страхование». Серьезной критики такие взгляды не выдерживают. Законы флибустьеров представляли собой простейшую регламентацию взаимоотношений, чтобы банда, собравшаяся случайным образом, смогла провернуть дело и при этом не перерезала друг дружку. Например, предусматривалась смерть за убийство товарища в спину. (Если уж хочешь убить — вызови на «дуэль» и прикончи при свидетелях. И такие «дуэли» происходили очень часто: на саблях, ружьях, а обычно на ножах).
Смерть полагалась и за предательство, за утаивание части добычи от общей дележки. «Адмиралы» и капитаны выбирались на одно предприятие, и резать их запрещалось — до тех пор, пока большинством голосов они не будут низложены. Но и капитанам с «адмиралами» запрещалось без коллективного «суда» убивать не потрафивших подчиненных. Пираты считали себя прежде всего «деловыми людьми» и перед каждым походом заключали соглашение о разделе добычи (чтобы потом не передраться). Подсчитывалось количество «долей» рядовых участников. В кратном размере, по столько-то долей, назначалось «адмиралу», капитанам, специалистам — артиллеристам, плотникам, парусных дел мастерам, лекарям. Оговаривались дополнительные выплаты за рану, потерю ноги, руки, глаза, пальца (а иначе кто в атаку пойдет?) Но это «страхование» не дотягивало даже до воровского «общака», оно было одноразовым. И судьба калеки после того, как он пропьет полученное, никого уже не интересовала. Впрочем, все «законы» нарушались сплошь и рядом, а выполнялись лишь тогда, когда подкреплялись силой.
Центрами временной кристаллизации флибустьерской массы, «адмиралами», становились удачливые вожаки. Хотя слава их была непрочной. Или удача отворачивалась или затмевали другие. В свое время гремели Жамб де Буа («Деревянная нога»), Лаурент де Гофф, Прет Хейн, Шевалье Монбар по кличке Истребитель — он резал всех пленных, Бартоломео Португалец (награбил много, спился и умер в нищете). Был знаменит Рок Бразилец, современник писал: «Перед ним трепетала вся Ямайка. Он был груб, неотесан и вел себя, словно бешеная фурия. Когда он напивался, то как безумный носился по городу и немало перекалечил людей, которым довелось попасть ему под руку». Пленных сажал на кол. Или связывал и клал между двух костров, медленно поджаривая. Испанцы поймали его и казнили. Получили известность Большой Пьер (с командой из 28 человек захватил корабль испанского вице-адмирала), Пьер Легран (овладел отставшим галеоном из «золотого» конвоя, решил больше не рисковать и вернулся во Францию богатым человеком), Льюис Скотт (захватил и разграбил г. Кампече), Джон Девис (разорил г. Сан-Аугустин-де-ла-Флорида, грабил берега Никарагуа).
Франсуа Олонне (Жан Давид Hay) работал «в доле» с губернатором Тортуги. Тоже отличался крайней свирепостью. Эксквемелин отмечал: «Уж если начинал пытать Олонне и бедняга не сразу отвечал на вопросы, то этому пирату ничего не стоило разъять свою жертву на части, а напоследок слизать с сабли кровь». Он орудовал у берегов Кубы, потом объединился с другим «адмиралом», Мигелем Бискайским, и 1600 пиратов на 10 судах устроили набег на лагуну Маракайбо. Взяли и разграбили располагавшиеся там города Маракайбо и Гибралтар. Привезли на Тортугу огромную добычу, быстро прокутили, и Олонне организовал рейд на Никарагуа. Однако сбились с пути, причалили не туда, стали грабить мелкие поселки. Банда переругалась и раскололась. А испанцы сорганизовались и вместе с индейцами разгромили пиратов. Олонне бежал, скитался вдоль побережья и был убит индейцами.
