Но начиная с 1982 года об их плане было известно ФБР и за их группой было установлено наблюдение. Они следили за ними в течение семи лет. Операция закончилась только летом 1989 года, когда Джонсон вошел в свой гараж и обнаружил, что сотрудники ФБР подключают к его машине прослушку. Однако к тому времени власти накопили обширную информацию о заговорщиках: Мартин Куигли был приговорен в 1990 году к восьми годам лишения свободы; а Питеру Магуайру было предъявлено обвинение, но он остается на свободе и, как полагают, находится в Ирландской Республике.
В 1983 году Джон Кроули, бывший морской пехотинец США, живший в Ирландии и сблизившийся с «временными», отправился обратно на родину, чтобы закупить для них оружие. ИРА, возможно, надеялась, что чистокровный американец не вызовет подозрений у торговцев оружием, как в случае с ирландцем. Кроули связался с торговцами оружием и группами сторонников ИРА из ирландских экспатриантов в Бостоне. Он организовал отправку партии оружия на грузовом судне под названием «Валгалла».
Груз Кроули, который, по оценкам, обошелся в 1,5 миллиона фунтов стерлингов, включал девяносто винтовок, в основном «Армалайт», шестьдесят пулеметов, пистолеты, ручные гранаты и 71 000 патронов. ФБР стало известно об этом плане и оно уведомило Секретную разведывательную службу. Была проведена тщательно продуманная комбинированная операция, направленная на срыв доставки груза.
23 сентября 1984 года «Валгалла» покинуло Америку. Оно было отслежено через Атлантику самолетом Королевских ВВС «Нимрод» и, как утверждалось впоследствии, американским спутником-шпионом. 28 сентября оружие было передано в открытом море траулеру «Марита Энн», зарегистрированному в Республике. На борту был Мартин Феррис, старший член Временной ИРА по общему мнению, бывший член армейского совета ИРА. На следующий день военно-морские суда Республики Ирландия перехватили траулер, и мужчины были арестованы.
После того как лодка была захвачена, Джон Макинтайр, уроженец Бостона, исчез. Его семья заявила, что, по их мнению, он был убит ИРА. Они возложили ответственность на британские власти, заявив, что утечка информации в газеты о том, что груз был перехвачен после того, как информатор из ирландской общины Бостона сообщил властям США об оружии, привела к его смерти. Они полагали, что ложная информация была предоставлена для защиты высокопоставленного источника в ИРА в Ирландии.
Как и во многих случаях, связанных с разведывательными операциями против «временных», невозможно установить истину в отношении этих утверждений. Тем не менее, утечка в газеты информации, которая в достаточно точных выражениях указывала на природу информатора, как это произошло в данном случае, была бы крайне необычной при обычных обстоятельствах. Вполне вероятно, что это действительно была преднамеренная дезинформация и что в результате Макинтайр, возможно, погиб.
Развитие протеста в тюрьме Мейз после отмены в 1976 году статуса особой категории для заключенных террористических группировок побудило ИРА переключить больше своих ресурсов с вооруженной борьбы на политическую деятельность Шинн Фейн. После изменения политики обращения с заключенными полувоенными группировками фактически как с военнопленными, например, позволяя им носить свою собственную униформу, к обращению с ними как с обычными преступниками, тюрьма стала центром борьбы воли между заключенными и их тюремщиками.
Первым актом неповиновения заключенных был отказ носить обычную одежду, вместо этого они завернулись в одеяла. Заявления заключенных о том, что сотрудники полиции избивали их, когда они ходили в душ, закончились тем, что они отказались покидать свои камеры. В апреле 1978 года начался «грязный протест», когда сотни республиканцев решили провести кампанию за возвращение политического статуса и привилегий, оставаясь в своих камерах и покрывая стены собственными испражнениями. Власти действительно пытались время от времени проводить уборку камер, но у них не было ресурсов для этого регулярно. Возможно, также они недооценили влияние на общественное мнение, которое окажут фотографии, тайно вывезенные из тюрьмы.
Хотя Мейз была спроектирована как одна из самых современных тюрем Европы, менее переполненная и более комфортабельная, чем тюрьмы в Великобритании, условия в камерах заключенных, участвовавших в грязном протесте, вскоре ухудшились. Появились личинки, поселившиеся в экскрементах и несъеденной пище. Готовность заключенных подвергать себя заключению в таких условиях вскоре привлекла внимание средств массовой информации и вызвала эмоциональный всплеск в националистическом сообществе. Попытки властей улучшить ситуацию только подчеркивали их бессилие. Камеры промывались шлангами высокого давления и дезинфицирующим средством, но через несколько дней возвращались к своему гнилостному убожеству, поскольку заключенные продолжали свой протест.
