Правила для любовницы полностью

— О, привезите ей арфу! — тотчас воскликнула леди Мэтлок. — Я уверена, если вы привезете ее арфу из замка Арджент, она сыграет для нас.

Бенедикт был сардоничен.

— Для меня будет честью, — сказал он. — Где находится замок Арджент?

Она пожала плечами.

— О, вы знаете. К западу от Дублина, к востоку от города Голуэй.

Его губы сжались.

— Где-то между Малин Хедом и Мизен Хедом?

Кози слабо улыбнулась.

— Вы не сможете пропустить его.

— Поверьте мне, я не пропущу, — холодно сказал он.

К его удивлению, мисс Вон последовала за ним.

— Кузен Бен? — позвала она.

Он остановился на лестнице и молча посмотрел на нее.

— Из Дублина вам следует взять направление Гранд-канал и сойти в Балливоне. Так вы не потеряетесь, — сказала она смущенно.

Она хотела держаться в стороне от него и оставаться на вершине лестницы, но ноги, словно одержимые собственной волей, устремлялись к нему шаг за шагoм. Кози боялась думать о том, что может случиться с ним в Ирландии, если он потеряется в сельской местности. У некоторых ирландцев были ужасные манеры.

— От Балливона до замка Арджент несколько минут ходьбы. И не обращайте внимание на собаку, — добавила она. — Она сoбьет вас с ног и будет лизать лицо, но никогда не причинит вреда. Ее зовут Дельфин, но мы зовем ее Долли. Возьмите это с собой, — добавила Кози,  подойдя достаточно близко, чтобы дать ему свой платок. — Держите его в кармане, и она узнает, что вы — друг.

— Да, мама, — грубо бросил он. Забрав у нее платок, он использовал его, чтобы высморкаться.

— Ублюдок, — комментировала она беспристрастно.

— Стерва, — пробормотал Бенедикт, отворачиваясь. К сожалению, его манеры резко ухудшились после встречи с мисс Вон.

«Хорошо, что он покидает Бат», — уговаривала себя Козима. К тому времени, когда Бенедикт вернется, огонь между ними перегорит. Когда он возвратится, то станет для нее просто еще одним знакомым. Женатый мужчина в недалеком будущем. Серена отвезет его в Лондон, и на этом все закончится.

Но на данный момент она чувствовала себя, как скорбящая вдова.

Баронет достиг берега Уэльса следующей ночью. Ирландское море было неспокойно. Oн был вынужден переночевать в одной из местных гостиниц, ожидая утреннего парохода в Дублин.

Бенедикт спустился в обеденный зал, где обнаружил герцога Келлинчa, обедающего в одиночестве.

— Лорд Оранмор! Итак, вы решили поехать в Дублин и в конце концов получить наследство, — приветствовал его герцог. — Повезло вам!

— Я не лорд Оранмор, — твердо отказался Бенедикт, садясь за отдельный стол.

— Понятно, — сказал Келлинч. — Инкогнито, а? Не угодно ли вам присоединиться ко мне за ужином?

Бенедикт прилежно изучaл стоимость проезда.

— Нет, благодарю вас.

— У меня утка, — громко сообщил ему Келлинч. — Полагаю, если бы это был английский титул, вы бы не теряли времени на его получение, — продолжaл он, — но поскольку титул всего лишь ирландский, он не имеет никакого значения. Интересно вам знать, что ваш дед оставил состояние в пятьсот тысяч фунтов? Ммм?

Женщина за соседним столом невольно ахнула.

Бенедикт неохотно покинул свой стол и сел за стол Келинча. Что угодно, чтобы заткнуть человека.

— Вы говорите глупость за глупостью, сэр. Я не лорд Оранмор, и у моего деда не было никаких пятиста тысяч фунтов. Откуда? Это абсурдная сумма.

— Это абсурдная сумма, — согласился Келлинч. — Я злюсь, когда думаю об этом. Конечно, каждый землевладелец в Ирландии получил компенсацию за свои земли, когда был принят Акт о Союзе. Мой отец получил свою долю дохода. Но ваш дед был уникален тем, что считая это взяткой oт бритов, категорически отказывался тратить пенни из этих денег. Заметьте, он взял деньги, oн просто не стал тратить их. Вместо этого он вложил их. Вы счастливчик! Мой отец проиграл все свои деньги в первый же год.

— Полагаю, моему кузену Улику понадобится больше года, чтобы проиграть пятьсот тысяч фунтов, — сухо сказал Бенедикт.

— Улику? Он не станет играть, находясь в аду.

— Господи, — сказал Бенедикт с удивлением. — Улик умер?

— В борделе на Барак-стрит с улыбкой на морде. Конечно, это не совсем то, что ваша бабуля сообщила в некрологе  в ирландском «Times».

— Мне жаль это слышать. Его сыну должно быть одиннадцать или двенадцать сейчас?  Уверен, что у него есть надежные опекуны, чтобы присматривать за ним.

Келлинч печально покачал головой.

— Бедный парень! Не дожил до семилетнего возраста, не говоря уж об одиннадцати. Лихорадка унесла ребенка вместе с его бедной матерью. Остались живы две дочери. Конечно, теперь прекрасные молодые леди, ваши кузины. Нуала и Глорвина.

Бенедикт ждал без комментариев, пока официант подавал еду.

— Это очень грустно, — сказал он осторожно. — Однако мой дядя должен быть доволен.

— На кладбище не так много удовольствия, — возразил Келлинч. — В любом случае, не под землей.

— Кузен Том?

Келлинч покачал головой.

— Не спрашивайте.

— Так вы говорите, что я лорд Оранмор? Почему я не был проинформирован?