Правила для любовницы полностью

— Теперь мы подошли к разделу «сентиментальная». Дом был построен для моей мамы, герцогини, но в последний момент ее милость решила, что он ей не нравится. Она назвала сооружение фермерским домом с бойницами и поклялась никогда не входить в него. Поэтому, чтобы разозлить ее, отец решил отдать его Кози Вон. С тех пор как он умер, мать день и ночь изводит меня из-за этого проклятого дома. Она изгнала меня из Ирландии своим нытьем. Пока Кози Вон не согласится прийти в чувство и перешагнуть через замок Арджент, она не получит от меня ни пенни.

— Вы ожидаете, что мисс Вон отдаст вам свой дом?

— Я предложил ей пятьдесят тысяч фунтов, — возразил Келлинч. — Но эта девушка упряма как мул! Отказалась наотрез, поэтому я лишил ee содержания. Она его продаст, когда как следует проголодается. Я почти добился хороших результатов, пока не появились вы с вашими сумками с деньгами.

— Вы удерживаете их деньги, чтобы заставить мисс Вон продать ее дом? Это, Ваша милость, подлая манипуляция.

— Денег нет, — нетерпеливо ответил Келинч. — То немнoгое, что у них оставалось, талантливый полковник Вон взял с собой в Индию. Леди семейства Вон существовали за счет моей щедрости в течение последних трех лет. Но довольно! Либо мисс Вон продает мне замок Арджент, либо для них все кончено. К дому не прилагается никаких источников дохода. Нет земли. Нет арендаторов, чтобы платить ей арендную плату. Она не может содержать дом. Если бы у нее в голове были мозги, она бы продала.

— Возможно, она боится, что полковник Вон отберет деньги, — сухо предположил Бенедикт. — Видимо, это обоснованный страх.

— Ей будет двадцать один через шесть месяцев. А значит — независимость. С пятидесятью тысячами фунтов она могла бы жить где угодно. Она могла бы быть королевой Ирландии.

Бенедикт закусил губу.

— Ей еще нет двадцати одного? — резко сказал он.

— Нет, но скоро исполнится, тогда она станет самостоятельной. Кроме того, ее отец сейчас в Индии и будет там всю оставшуюся жизнь, если мне есть что сказать об этом. Она просто упряма, вот и все. Слишком горда отдать замок Арджент. Но ожидает, что я буду давать деньги, необходимые для coдержания этого местa. Между тем, моя мама не скрывает своего унижения, как она это называет. Женщины! Я попал в протекающую лодку между Сциллой и Харибдой. — Он поднял руку своей медсестры и поцеловал ее. —Неудивительно, что я жажду приятной компании.

Бенедикт молчал.

— Я пытался выдать ее замуж за невероятное количестве джентльменов, которые были бы счастливы продать мне дом значительно дешевле, чем за пятьдесят тысяч фунтов, — задумчиво хмыкнул Келлинч. — Но у нее подозрительный характер в том, что касается мужчин.

— Неудивительно, что она не заинтересована в браке, — сказал Бенедикт.

— Вы думаете, что она должна оставить дом? Дом, который она не может себе позволить?

— Нет, — признался Бенедикт. — Я думаю, что она должна продать его.

— Oна так и сделает, если вы перестанете давать ей бесплатно деньги! — обвинил герцог. — О, это нелепо. Я заплачу вам тысячу фунтов, если вы пообещаете никогда больше не давать ей денег. Две тысячи?

— Меня нельзя подкупить, Ваша милость.

— У каждого человека своя цена.

— И у каждой собаки свой день, — парировал Бенедикт.¹⁵

— Вы играете? Игральные кости? Карты? Что вы предпочитаете?

— Вы можете высадить меня здесь, Ваша милость, — холодно потребовал Бенедикт.

Губы Келлинча презрительно сжались.

— Вы не играете?

— Нет.

— Почему нет? Вы потеряли печень, когда потеряли руку?

— Нет, но спасибо за ваше любезное расследование.

Келлинч проницательно посмотрел на него.

— Что я могу сделать, чтобы соблазнить вас? — размышлял он. — Кажется, вам нравится спасать глупых девчонок от скверных торговцев. Была ли Кози благодарна, когда вы отшили ее угольщика? Держу пари, что была. Вам нравится быть героем у женщин?

— Я бы хотел, чтобы меня высадили, Ваша милость.

— По счастливой случайности, — сказал Келлинч, ухмыляясь, — мне недавно достались некоторые счета, принадлежащие определенной женщине, в настоящее время проживающей в Бате.

Бенедикт сжал челюсти.

Келлинч увидел слабость и не колеблясь, использовал ее.

— Десять тысяч фунтов гадким торговцам! Только представьте, как женщина будет благодарна! Она зашвырнет ноги вокруг вашей шеи.

Бенедикт смотрел на него в каменном молчании.

— Дамы, я думаю, что наконец заинтересовал джентльмена. Должны ли мы cыграть на счета леди, сэр Бенедикт? Нет! Давайте уберем навык из уравнения. Пусть только случай решит ее судьбу. Ну что ж, сдадим карты. У нас есть новая упаковка, Китти? — спросил он медсестру.

Кити сделала веер из карт.

Бенедикт вытащил королеву.

Герцог Келинч с отвращением отбросил свою двойку.

— Вы выиграли, — сказал он сердито.

Глава 14

Утром лорд Редфилд приехал в Бат, и Серена проснулась от того, что холодная рука зажимала ей рот. На какое-то мгновение она подумала, что ей снова снится кошмар. Ей часто снился тот первый раз, когда ее зять пришел к ней в постель. Серена просыпалась с криком. Она кричала, пока не прибегала Пичам, чтобы успокоить ее.